У вас рак и вы умерли?

Онкология не делает разницы между большими политиками и обычными обывателями, между людьми состоятельными и совсем бедняками, между теми, кто может похвастаться учёной степенью, и бывшими школьными двоечниками.

И если от неё быстро умирают, то возможно потому, что болезнь вовремя не была обнаружена из-за поддельных реактивов, которые поставляет в государственные медучреждения некий Андрюха-парафинщик. Два года назад он получил это прозвище из-за того, что «левачил» на гистологическом парафине, применяемом при диагностике в лабораториях онкологических клиниках…

В декабре 2014 года выяснилось, что в Петербурге действует ряд сходных по названию фирм «МедТехникаПоинт», «ЛабПоинт», «Микс Поинт», к которым имеет отношение предприниматель Андрей Цыганков. Его коммерческие структуры занимались поставками оборудования и реактивов для гистологических лабораторий – от расположенных в Северной столице до функционирующих на Дальнем Востоке.

Ни чести, ни достоинства

Продукция фирм, в названии которых есть слово «Поинт», почему-то пользовалась особой благосклонностью чиновников из петербургского комздрава. На волне импортозамещения она умело выдавалась за отечественную, однако в медучреждения поставлялся дешёвый китайский товар, на который клеили самодельные этикетки.

Наглость, с которой Цыганков сотоварищи продвигались по России, можно назвать беспрецедентной. Так, в 2015-м «МедТехникаПоинт» заявила о планах развернуть масштабное производство в технопарке «Рамеев» в Пензе. Петербургскую инициативу громко разрекламировали местные чиновники и СМИ. Но дальше деклараций дело не продвинулось.

А тут ещё в историю вмешался старший научный сотрудник Пензенского государственного технологического университета, эксперт в области химии и фармацевтики Михаил Яхкинд. Он разместил в Сети открытое письмо губернатору Пензенской области Ивану Белозерцеву, усомнившись в репутации принадлежавшей Цыганкову группы компаний. В качестве доводов Яхкинд приложил к своему письму с десяток решений арбитражных судов.

«МедТехникаПоинт» решила приструнить въедливого эксперта, подав иск о защите чести и достоинства. Примечательно, что пензенский арбитраж в первой инстанции требования коммерсантов удовлетворил, но 11-й апелляционный арбитражный суд в Самаре 25 апреля прошлого года признал правду за активистом.

А чиновники просто «информировали»

В мае 2013 года петербургское ОАО «Медтехника-1», компания с полувековой историей, обратилась в УМВД Центрального района с заявлением на ООО «ЛабПоинт», которое не выплатило почти 13 млн рублей за поставленное оборудование. Заявитель имел на руках решение арбитража о взыскании этой суммы и просил полицию проверить действия руководства «ЛабПоинт» на предмет мошенничества. Кроме того «Медтехника-1» требовала возбудить уголовное дело по статьям «злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности» и «неисполнение решения суда».

Как сообщал на своём сайте территориальный орган Росздравнадзора в Петербурге, в том же 2013-м, в августе и декабре, сотрудники ведомства выходили с проверками фирм, к которым имел отношение Андрей Цыганков. Все материалы по обнаруженным нарушениям были переданы в ГУ МВД, где дело, очевидно, и заглохло.

В апреле 2014-го Арбитражный суд Томской области постановил взыскать с ООО «ЛабПоинт» более 100 тыс. рублей за сорванный договор поставки гистологической заливочной среды для нужд Областного патологоанатомического бюро. Коммерсанты дошли до кассации, однако в августе 2014-го Арбитражный суд Западно-Сибирского округа оставил решение в силе. Заплатил ли «ЛабПоинт» эти присуждённые 100 тысяч, история умалчивает.

В декабре 2014-го газета «Наша Версия на Неве» опубликовала статью об Андрюхе-парафинщике, после чего прокуратура и экономическая полиция Петродворцового района Петербурга, где было расположено «производство» Цыганкова, сообщили о начале проверок.

При этом комздрав Северной столицы вдруг принялся всячески открещиваться от ООО «МедТехникаПоинт». Чиновники уверяли журналистов, что разосланная большинству главврачей директива – это не навязывание продукции определённого поставщика, а лишь «информирование» о нём.

Здесь необходимо понимать, что никто в медицинском сообществе не может без риска для своей карьеры признать, что он использует в своей работе какие-либо поддельные препараты или оборудование. Все без исключения иски медучреждений к поставщику касаются изделий, подлинность которых была подвергнута сомнению непосредственно в момент поставки, то есть когда возможность использования фальсификата в работе медиков была абсолютно исключена.

Например, главврач «Областной клинической больницы №2» Тюменской области Наталья Сливкина призналась корреспонденту «Конкретно.ру», что по всем четырём контрактам на поставку реактивов и расходных материалов, которые возглавляемое ею учреждение в 2012-2014 годах заключило, скажем так, с фирмами Цыганкова, были допущены просрочки. Но если участники госзакупки отвечают всем установленным в законе требованиям, «у нас нет оснований для отказа от заключения с ним контракта».

Немудрено, что несмотря на многочисленные претензии к группе Андрюхи-парафинщика, год назад заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Ирина Борзик подвела итог: для проведения внеплановой проверки в соответствии с законом о защите прав предпринимателей собранных сведений недостаточно. Пока…

Откуда берутся недобросовестные поставщики?

В 2016 году две компании, причисляемые к «бизнес-империи» Цыганкова были включены в реестр недобросовестных поставщиков. Причём ООО «Медтехника», зарегистрированное на его племянника, попадало туда дважды – в июле фирму решила наказать «Кунгурская городская больница» Пермского края, а в октябре повторная заявка пришла от столичного НИИ нейрохирургии имени академика Н.Н.Бурденко, который ошалевшие от безнаказанности дельцы, видимо, тоже пытались окучить.

Одновременно столичное УФАС по заявке ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» включило в реестр недобросовестных поставщиков ООО «Первый Проджект». Учредителем данной организации является бывший сотрудник ВНИИ неорганических материалов имени академика А.А. Бочвара Евгений Иванов. Его сын Сергей Иванов, по словам нашего осведомлённого источника, является «другом и товарищем» Андрюхи-парафинщика. Иванов-младший значился среди руководителей «бизнес-империи» вместе с представителем золотой молодёжи, ныне 33-летним Владимиром Кротовым.

Кстати, отец последнего, Виктор Кротов в своё время являлся первым заместителем губернатора Петербурга Владимира Яковлева, возглавлял городской комитет по финансам. В апреле 2002 года в отношении Кротова-старшего было возбуждено уголовное дело по статье «злоупотребление служебными полномочиями» после того, как Контрольно-счетная палата Петербурга по результатам проверки городского бюджета за 2000 год выявила нарушения в расходовании средств территориального дорожного фонда в размере 1 млрд рублей. Впоследствии предъявленное Кротову обвинение было переквалифицировано на статью «халатность», и в декабре 2005 года дело было прекращено за истечением срока давности.

Они хотят быть, как итальянцы

В 2016 году к разоблачениям поставляемых Цыганковым фальсификатов подключилась итальянская компания DiaPath, реактивы которой ловкачи Андрюхи-парафинщика чаще всего подделывали. Продукция этой фирмы значилась в договоре поставки реагентов и расходных материалов в «Городской клинический онкологический диспансер» Петербурга.

Контракт на поставку по итогам электронного аукциона в апреле 2016-го был заключён с ООО «Первый Проджект». Эксперты Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты на основании внешнего осмотра и анализа документации пришли к однозначному выводу: поставленная продукция – подделка. Ответ на запрос экспертов в итальянскую компанию лишь подтвердил их выводы.

Поддельными оказались вообще все товары, поставленные ООО «Первый Проджект». Фальсификаторы напутали с маркировкой и содержанием этикеток, ошибочно указали одинаковые номера партий на различных медицинских реагентах, тара некоторых реактивов серьёзно отличалась от оригинальной – на дне полимерных канистр отчего-то был указан петербургский номер телефона. Эксперты для убедительности проиллюстрировали своё заключение фотографиями, присланными итальянскими коллегами.

Подобная специальная экспертиза понадобилась и «Челябинскому областному клиническому онкологическому диспансеру», когда победителем в электронным торгах оказалось ООО «Медтехника». Явного «левака» почти на 350 тыс. рублей дельцы привезли в медучреждение ещё за день до официального заключения госконтракта 17 марта 2016 года.

Президент итальянской компании DiaPath, которую в очередной раз впутал в свой сомнительный бизнес если не сам Андрюха-парафинщик, то его сподвижники, особым письмом уведомлял главврача челябинского онкодиспансера о том, что оказавшиеся там медицинские изделия от ООО «Медтехника», итальянская компания никогда не производила и не экспортировала в Россию. Итальянец уточнил, что рассматривает случившееся как «серьёзную подделку медицинских изделий и незаконное использование товарного знака», вследствие чего об инциденте было сообщено в Росздравнадзор.

Примечательно, что в полиции, куда обратился челябинский онкодиспансер, отказали в возбуждении уголовного дела по статьям «мошенничество» и «сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей», спихнув материал в один из отделов челябинского управления Следственного комитета.

«Согласно проведённой экспертизы выявлены не соответствия (страна производитель, маркировка, упаковка, расфасовка) вложения по товару согласно договора подряда №629 от 17.03.2016 года, однако данный факт не даёт оснований и не подтверждается специалистом, проводившим экспертизу, что поставленный товар фальсифицированный», – буквально говорится в постановлении об отказе в возбуждении дела за подписью замначальника отдела полиции подполковника Овчинникова. Диспансеру в итоге было рекомендовано выяснять отношения с ООО «Медтехника» в порядке гражданского судопроизводства.

В июле 2016-го челябинская история с «Медтехникой» почти в точности повторилась с Калужским областным клиническим онкодиспансером. Там о подделке продукции DiaPath сообщили не только в региональный Росздравнадзор, но и прокурору Калужской области.

Наконец, на днях пришла новость об истории с поставкой сомнительной плёнки для покрытия предметных стёкол с гистологическим препаратом в «Тульскую областную клиническую больницу». Контракт в сентябре 2015-го был заключён с ООО «ЛабПоинт». Комиссия учреждения отказалась принимать поставленную плёнку из-за её несоответствия техническому заданию.

Как и в случае с Михаилом Яхкиндом, коммерсанты обратились в суд, требуя взыскать с медучреждения более 1,9 млн рублей. Встречным иском больница потребовала от коммерсантов неустойку в размере 639 тыс. рублей. Арбитраж 20 октября 2016 года требования «ЛабПоинт» отклонил, а компенсацию больнице снизил почти до 200 тыс. рублей.

23 января 2017 года Двадцатый арбитражный апелляционный суд оставил решение суда первой инстанции в силе, подтвердив то, что туляков на мякине не провели.

Почему вредители торжествуют

Опытом борьбы с недобросовестными поставщиками с «Конкретно.ру» поделился заведующий лабораторией морфологических и молекулярных исследований Северо-Западного государственного медицинского университета им. Мечникова доктор медицинских наук профессор Юрий Криволапов.

По словам профессора, наибольшую опасность поставщики фальсификатов представляют для отдалённых регионов России, где не налажены прямые контакты медицинских учреждений с производителями редких реактивов и оборудования. Недостатком системы электронных аукционов эксперт считает формальный критерий, когда госконтракты достаются фирмам, которые заявляют о готовности осуществить поставку за наименьшую цену.

То есть, специалисты в медучреждениях при подготовке технического задания подробно описывают характеристики необходимого им для работы дорогостоящего оборудования или материалов определённого зарубежного производителя. А на торги заявляется никому не известный поставщик, который якобы предлагает прибор или реактив с точно такими же уникальными характеристиками, при этом его стоимость оказывается в разы меньшей, чем у официальных российских дистрибьюторов.

Отказаться от такого, заключённого автоматически контракта чрезвычайно сложно. Тонкий момент, рассказывает профессор Криволапов, состоит в том, что если товар оказался на территории заказчика (грубо говоря, при доставке его успели сгрузить на вашем складе, и вы подписали накладную о доставке), то поставка по закону осуществлена. Дальше – только длительная процедура расторжения контракта через суд. Процесс может растянуться не на один год, при этом новый контракт взамен неудавшегося заключать не позволено.

Эта лазейка позволяет недобросовестным поставщикам и вовсе не связываться с фальсификатами.

И тогда вызывают ОМОН

Профессор Криволапов рассказал о том, как в сентябре 2012 года медуниверситету им. Мечникова для открытия новой лаборатории потребовался большой перечень реактивов.

В комплекте значились не только специальные препараты для онкодиагностики, но и обычные распространённые красители, которыми пользуются в гистологических лабораториях для окраски срезов и мазков. Часть красителей в этом перечне были редкие, дорогостоящие, которые везут специально из Германии. «Это был полный набор для того, чтобы сразу запустить лабораторию», – объяснил профессор

Специалисты университета написали заявку. Компания-поставщик, которая предварительно согласилась её исполнить, стала собирать весь необходимый комплект, закупила на свои деньги в Германии и Австрии входящие в него редкие дорогостоящие красители. Но конкурс неожиданно выиграла компания ООО «Торговый дом «Северо-Запад», основным видом деятельности которой являлась торговля продуктами питания.

Как водится, в комплекте любой лаборатории есть и такие общеупотребительные реактивы, например, щёлочи, кислоты, ацетон – в общем всё, что можно купить, по выражению профессора Криволапова, в любой химической лавке. Причём стоимость всего этого «барахла» из миллионного, скажем, контракта составляет 100 тысяч рублей, а стоимость нескольких импортных реактивов – 900 тысяч рублей.

Хитрость недобросовестного поставщика в истории с медуниверситетом им. Мечникова состояла в так называемой частичной поставке. Поставщик заявляет, что первым этапом будут доставлены дешёвые простые реактивы, а дорогие приедут позже. Но проходит время, вы начинаете нервничать, предъявлять поставщику свои претензии и он в ответ: «Хорошо, мы согласны платить неустойку», грошовую надо отметить. И на требование привезти всё остальное, вам лишь предлагают расторгнуть контракт, внутри которого цены поставщик назначает самостоятельно. Например, объявляя, что стоимость уже поставленной части составила не 100, а все 500 тысяч рублей.

Поставка частями, по словам профессора Криволапова, может быть только по обоюдному согласию сторон. Профессор вздыхает: «И вот на складе у нас была битва, когда приехали мордовороты и начали выгружать вот этот дешёвый хлам, заставляя женщин-кладовщиц подписать накладные. Всё закончилось ОМОНом, который заставил этих мордоворотов загрузить свой хлам обратно».

Быль про полушку

Если честно, то Юрий Криволапов изначально не ожидал ничего хорошего от ООО «ТД «Северо-Запад». Представитель этой фирмы Анна Кащеева, посещавшая медуниверситет для согласования контракта, по словам профессора, оставила визитную карточку, где был отчего-то размещён логотип «ЛабПоинт». За день до истечения срока контракта с Криволаповым встречался некий мужчина, который от имени этой компании заявил в жесткой форме, что поставщик в сроки не укладывается, а необходимые реактивы будут завозиться двумя этапами.

Самое время рассказать быль…

Жил-был предприниматель, допустим, Владимир Степанов. И было у него два сына. С одним из них, Игорем, Степанов-отец был в соучредителях крупного поставщика мяса и мясных продуктов компании «Торговый дом «Северо-Запад». Второй сын Дмитрий был президент. Но не президент всей России, а лишь глава холдинга «Продовольственная биржа», который управляет сетью универсамов «Полушка».

И работал у Степанова-президента очень хороший человек, отвечавший за то, чтобы всё было у «Полушки» хорошо. Не будем его называть, поскольку человек этот тайный, ибо ранее в своей биографии он отвечал за безопасность не в одной только «Полушке». Но прежде чем перейти на службу к Степанову-президенту этот тайный человек был замечен у коммерсанта Андрюхи-парафинщика, прозванного так добрыми людьми за свои проделки.

Кто-то даже догадывался, что так и возникла ниточка между купцами Степановыми и неким Цыганковым, который был не так прост, как кажется.

Внимательно прослушал эту быль и первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по безопасности и противодействию коррупции Дмитрий Савельев. И вдруг сказал совсем не по сказочному:

– Борьба с фальсификатом лекарств – одна из главных задач в России. Правительство предпринимает самый широкий спектр мер, в числе которых как маркировка препаратов специальными кодами, так и ужесточение наказания для торговцев фальсификатом – вплоть до реальных тюремных сроков.

Столь жёсткий подход полностью оправдан: реализация поддельных лекарств, в особенности, если речь идёт о препаратах для лечения очень тяжёлых заболеваний – всё равно, что убийство. Такое преступление не может караться штрафом, даже очень высоким.

Кроме того, я полагаю, что необходимо создать систему детальной и жёсткой проверки медицинского оборудования и реактивов. Ведь от качества этих товаров и добросовестности поставщиков напрямую зависят жизни десятков тысяч наших граждан…

P. S. 

Если у вас рак и вы умерли, то даже лечащий врач вряд ли расскажет, что всё началось с поддельного реактива…

 

            Кирилл Чулков


 

     

  • 1 575
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен