Похоже, следователям предстоит сделать нелегкий выбор между экс-депутатом Госдумы Михаилом Глущенко и экс-депутатом Законодательного собрания Сергеем Шевченко. Объявив о продолжении расследования убийства Галины Старовойтовой, российские правоохранители не назвали ни одной новой фамилии возможных заказчиков. С момента гибели политика прошло уже тринадцать лет, но в числе кандидатов на должность главного злодея по-прежнему названы два авторитетных предпринимателя с непростым прошлым.
Осужденный за организацию убийства военнослужащий спецназа ГРУ Юрий Колчин в разное время называл в качестве заказчиков обоих (в прошлом году Шевченко, в нынешнем Глущенко). Поэтому виновным, судя по всему, может стать только кто-то из этих двоих.
Кандидаты давно конфликтуют друг с другом – по заявлению Сергея Шевченко против Михаила Глущенко возбуждено уголовное дело, сейчас идет суд по обвинению в вымогательстве. Сам подсудимый утверждает, что потерпевший заказал его арест, чтобы закрепить захват их общего бизнеса – акций мебельной фабрики «Ладога» и активов холдинга «Норд».
По данным информагентств, сейчас сотрудник ФСБ Владимир Абрамов, занимающийся оперативным сопровождением дела Галины Старовойтовой, работает с ее близкими, чтобы те посодействовали смягчению приговора для Колчина и оформили ходатайство о его помиловании (прощении). Однако решение такой задачи вряд ли станет легким. В беседе с корреспондентом «Конкретно.ру» сестра покойной Ольга Старовойтова заявила, что подобное ходатайство «не писала и не готова писать. Не может даже идти и речи о том, чтобы Колчина вдруг «завтра» взять и выпустить на свободу».
Согласно статье 79 действующего УК Колчин может быть освобожден условно-досрочно не ранее, чем после отбытия двух третей срока наказания. К настоящему моменту он с учетом времени, которое провел в следственном изоляторе, находится в заключении 9 лет. Поэтому по закону может выйти на свободу не раньше 2015 года – да и то сомнительно, учитывая резонанс дела. Если Ольга Старовойтова изменит свое категоричное решение, подпишет ходатайство о прощении убийцы или выразит согласие на переквалификацию обвинения со статьи 277 УК РФ («Терроризм») на статью 105 («Убийство»), могут обсуждаться различные схемы, включая президентское помилование и решение вопроса через руководство Верховного суда. Так как Колчин даст показания о заказчике до своего освобождения, а не после, финальный итог этих будущих схем не столь важен. Главное в том, чтобы сейчас иметь аргумент, позволяющий эффективно управлять осужденным.
Кого же выберет следствие? В пользу кандидатуры Сергея Шевченко говорит очевидное – наличие у него личного мотива. Шевченко имел все основания обижаться на политика Старовойтову, так как с ее вмешательством связана одна из его судимостей – за вымогательство. Дело в том, что именно Галина Васильевна официально взяла под защиту журналистов, разоблачивших аферу Сергея и его старшего брата, депутата Государственной Думы II созыва от ЛДПР Вячеслава Шевченко, при организации концерта группы Prodigy в клубе «Голливудские ночи». Продав на нее большое количество билетов, Шевченко решили «сэкономить» и вместо Prodigy пригласили туда более дешевую группу Jilton Jeneration. После этого журналистов избили, причем сам Сергей Шевченко принимал участие в расправе, а затем при помощи угроз потребовал от работодателя корреспондентов, издателя журнала «Телеман» Максима Кузахметова 50 тысяч долларов.
Галина Старовойтова заступилась за Кузахметова, после чего правоохранительные органы возбудили уголовное дело. Расследование довели до конца, Сергей Шевченко получил 7 лет условно, и понятно, что эта уголовная история не могла способствовать росту его симпатий к Старовойтовой. К этому стоит добавить, что братья Шевченко неоднократно требовали от Галины Васильевны не лезть, куда не нужно, в том числе на личных встречах – незадолго до убийства. В СМИ сообщалось, что для Сергея Шевченко общение с покойной проходило очень нервно. Якобы в ответ на обещание посадить за избиение журналистов последовала фраза «Раньше, чем я сяду, ты будешь лежать, жидовская сука!» После чего разговор был закончен.
В свою очередь, помощник Старовойтовой Руслан Линьков, который в ходе покушения на нее был тяжело ранен, вспоминал, как та, говоря о проникновении криминала во власть, в качестве примера приводила личность Сергея Шевченко. Возмущение покойной вызвал сюжет одной из телепередач, где Шевченко на вопрос ведущей: «Вы бандит?» лишь пренебрежительно ухмыльнулся.
Напротив, Михаил Глущенко не был знаком со Старовойтовой, и в силу того не мог конфликтовать с ней. Всем, включая следствие, очевидно – если даже суд признает, что Колчин действовал по его указанию, встанет вопрос: кто дал указание самому Глущенко? Ведь если не было мотивов, как логично отметила Ольга Старовойтова, мы имеем дело всего лишь с посредником. Значит, придется искать заказчика? Но много ли шансов найти реального, а не выдуманного заказчика через тринадцать с лишним лет после преступления? И не окажется ли этот человек столь значительной фигурой, что его не удастся не то что арестовать, но и допросить?
Однако, вопреки этим резонам, есть основания полагать, что в качестве назначенного виновника уже выбран Глущенко. В первую очередь потому, что, несмотря на обвинения в убийстве Старовойтовой со стороны и Колчина, и самого Глущенко, и многих других лиц Сергея Шевченко за последние месяцы даже ни разу не допросили. Более того, тесно сотрудничать с Шевченко стал Владимир Абрамов. Курируемое им расследования дела об убийстве Старовойтовой возобновлено ФСБ согласно ходатайству депутата Государственной Думы Владимира Васильева. Тот сослался на обращение некоего «Фонда гуманитарной помощи жителям Санкт-Петербурга». Служащие фонда, в свою очередь, заявили о просьбах анонимных пенсионерок-блокадниц. При этом сам «Фонд гуманитарной помощи жителям Санкт-Петербурга» зарегистрирован на Невском проспекте, 44. Это здание принадлежит Сергею Шевченко, там же зарегистрировано и принадлежащее Шевченко ОАО «Норд».
Учредителем фонда выступил покойный заместитель председателя Законодательного собрания Санкт-Петербурга Виктор Новоселов. Сейчас там распоряжается его сын – ранее осужденный за мошенничество Василий Новоселов. Что самое интересное, этот человек очень хорошо знаком с Сергеем Шевченко, его адвокатом Олегом Лебедевым и одновременно – с оперативником ФСБ Владимиром Абрамовым. Чтобы понять, как осуществляются контакты, достаточно изучить биллинг телефонных номеров Лебедева, Абрамова и Новоселова.
По имеющимся сведениям, судьба обвинения могла решиться на своеобразном аукционе, перед которым близкие обоих фигурантов были оповещены о том, что выбор будет сделан между Глущенко и Шевченко и, чтобы добиться нужного результата, необходимо договариваться с определенными людьми в погонах. Понятно, что у Сергея Шевченко ресурсов оказалось больше: он на свободе, после смерти старшего брата Вячеслава Шевченко (убитого на Кипре в 2004 году) контролирует семейные активы, в том числе и те, которыми владела семья Михаила Глущенко.
Решаема проблема и с лицом, заказавшим Старовойтову через Глущенко. Владимир Абрамов в курсе хода судебного процесса о вымогательстве, где Михаил Глущенко проходит как подсудимый, а Сергей Шевченко – как потерпевший. Как многократно писали СМИ, оперативник ФСБ знает, что его «подопечный» тяжело болен, и что с каждого заседания его с давлением за 250 вывозит «скорая помощь». Однако судья Андрей Дондик запретил переводить подсудимого в тюремную больницу. Следовательно, пока будет длиться новый суд, с больным Глущенко может случиться все, что угодно – вплоть до того, что все судебные инстанции он просто не переживет.
Тем самым, вопрос о заказчике будет снят – им ведь достаточно легко назначить, например, покойного Вячеслава Шевченко. Он являлся компаньоном Глущенко по ряду предприятий, так что вполне можно заявить, что был достаточно хорошо знаком, чтобы сделать заказ. Таким образом, дело будет закрыто в связи со смертью мертвого.
Дмитрий Сергеев, специально для «Конкретно.ру», фото с сайта www.7kanal.com