Напомним, что Международный благотворительный фонд имени Дмитрия Лихачева обратился к городским властям с инициативой установить мемориальную доску на доме 31 по Захарьевской улице. Предполагается, что на ней будет указано: "В этом доме с 1891 по 1892 год жил герой Первой мировой войны, генерал-лейтенант русской армии, президент Финляндии, барон Густав Карлович Маннергейм".
Совет по мемориальным доскам при Правительстве Санкт-Петербурга 25 мая отложил рассмотрение этого вопроса, чтобы выяснить мнения горожан, представителей общественных организаций.
Как сообщает пресс-служба Комитета по культуре, присутствовавшие на круглом столе ветераны высказались категорически против установки памятного знака маршалу Маннергейму.
- Как героя Первой мировой войны этого человека никто у нас не знал. Кроме того, Маннергейм - личность противоречивая. С одной стороны - генерал-адъютант царя, с другой – командовал корпусом, и в этом качестве особо никак не отличился, - заявил руководитель межрегиональной общественной организации ленинградских ветеранов войны и военной службы Геннадий Датчиков.
По мнению руководителя организации "Юные участники обороны Ленинграда" Юрия Колосова, утверждение о том, что Маннергейм спасал в блокаду Ленинград - это миф. Он расценил установку такой мемориальной доски кощунством по отношению в блокадникам. "Это не тот человек, имя которого надо увековечивать в нашем городе", - уверен Юрий Колосов.
- Маннергейм всю жизнь верил царю, России, и умер со словами верности им на устах, - напомнил зампредседателя Общественного совета Санкт-Петербурга Станислав Гаудасинский. - Да, он выдвинул финские войска до прежней границы 1939-го. Но так уж складывается со времен Римской империи: больше всего памятников поставлено тем, кто пролил много крови. Маннергейм сегодня - символ Финляндии, а с этой страной у нас добрососедские отношения. Тем не менее, по-моему, сейчас не время решать этот вопрос, надо его отложить.
Директор Российского Этнографического музея Владимир Грусман напомнил о предприянтой Маннергеймом экспедиции на Восток и о привезенной оттуда в Россию этнографической коллекции. На его взгляд, было бы логичнее установить мемориальную доску Густаву Маннергейму либо на здании Географического общества, либо на здании Института востоковедения. Но, в любом случае, по мнению директора РЭМ, говорить об этом пока преждевременно.
Замдиректора Эрмитажа Георгий Вилинбахов согласен с вариантом установки памятного знака на здании, где располагается Этнографическое общество. На его взгляд, акцент в надписи нужно делать не на Первую мировую, а на этнографическую миссию Маннергейма. "Так уж мы изучали историю Первой мировой, что у нас нет ее героев - ни соответствующих памятников, ни кладбищ", - обратил внимание Вилинбахов.
Директор музея городской скульптуры Владимир Тимофеев согласился с тем, что среди тысяч ветеранов Великой Отечественной установка такого памятного знака в канун 65-летия Победы вызовет неоднозначную реакцию.
- Наша позиция такова: при принятии важных, знаковых решений нужно обязательно советоваться с общественностью. Мы понимаем, что большинство ветеранов Великой Отечественной и сегодня воспринимают Маннергейма как врага. В преддверии празднования 65-летия Победы такой акт может быть воспринят обществом неоднозначно. С моей точки зрения, Петербург, страна к этому не готовы, - считает председатель Комитета по культуре Антон Губанков.