Без лишнего шума

Практически до середины девяностых частная охрана старалась лишний раз не напоминать о себе посторонним. По улицам носились тонированные «девятки» и изрядно подержанные «мерсы» и «бомбы» с бритоголовой братвой. За ними гонялись милицейские уазики. И расстановка сил была предельно проста. Бандиты «нагибали» коммерсантов, стражи порядка по мере возможностей боролись с бандитами, а коммерсанты старались пореже попадаться на глаза и тем, и другим. Охранные предприятия, конечно, вписывались в эту систему отношений, но как-то странно. Еще не бандиты, но уже не менты. Кто же?
Первым откровением, как мы уже писали, стало появление необычных табличек на киосках для продажи табачных изделий. Нововведение тут же было подхвачено охранными фирмами города, и Петербург запестрел яркими, пока еще бумажными, наклейками с контактными телефонами и названиями «защитников». Этот раунд братва проиграла вчистую. Разве повесишь на двери магазина объявление типа «крышуют пермские»? И так как выйти на «нормальных бандитов» тех, кто не разденет сразу до нитки, предпринимателям было трудно, а кричать во всеуслышанье: готов дать денег за охрану, осмеливался не каждый, «охранные грамоты» отработали свое на двести процентов. В офисы частных силовиков начали звонить клиенты. Кто-то хотел избавиться от непосильного криминального оброка. Другие заранее страховались от ненужных проблем, открывая собственное дело. Были и такие, к кому не успела заявиться братва, а коммерческая предприимчивость уже отозвалась в кармане звонкой монетой.
Поскольку охранникам в то время приходилось часто общаться с неформальными силовиками и даже в чем-то строить жизнь «по понятиям», то в понимании обывателей и журналистов – хрен был редьки не слаще…
Замечательная вещь – публичная слава! Если только ты – не герой криминальной хроники. Но рассказывать, как насмерть стоит на своих постах частная охрана, скучно. О бандитах читать много интересней – месть, кровь, пальцы веером… Бригада… Стволы под полами кашемировых пальто. Бейсбольные биты в автомобильных багажниках. И «верховный судья» – паяльник…
Ходить в героях криминальной хроники бывшим сержантам и офицерам не хотелось. Но законы бизнеса, даже если он – силовой, везде одинаковы. Нужна реклама. В 1992 году, отчаявшись ждать внимания от прессы, российско-американское охранное предприятие КОС «нарисовало» первый красочный журнал. Короткие тексты и фотографии облаченных в непривычное снаряжение милицейских командос, что скрывать, были хороши. И убедительны, дальше некуда. Завороженные спецназовской статью предприниматели тут же принялись заключать договоры на обеспечение безопасности.
Вообще, любые внешние атрибуты частной охраны, не виданные прежде, воздействовали на потенциальных клиентов лучше любой рекламы. Как вспоминал Павел Бадыров, почти десять лет отработавший в спецназовском «Скате»: «меня пригласили работать в питерское отделение московской фирмы «Алекс». Ребят набрали по объявлению, наклеенному в общежитии Кировского завода. Коллектив, на удивление, подобрался очень неплохой. Парни оделись в приметную необычную форму с нашивками, получили красивые удостоверения полицейского образца. Это было так непривычно для Питера, что на одном внешнем имидже мы смогли взять под охрану никем не «окученный» отель «Европа». Мне даже довелось быть старшим на этом объекте. После этого «Алекс» даже датское Генеральное консульство охранял. Тогда же я и начал работать с небезызвестным Чандрышем Ша. А поскольку парнем был крепким да еще и по-английски довольно сносно разговаривал, то стал его любимым охранником. Однажды «наехала» на бизнесмена «комитетовская крыша» одной коммерческой структуры. Ребята из Комитета размахивали перед нашими носами своими красными книжечками, а мы в ответ – удостоверениями фирмы «Алекс», которые произвели на них неизгладимое впечатление: цветные пластиковые карточки с металлическими жетонами, и все это в общей обложке... Благодаря этому же Чандрышу Ша я впоследствии потерял работу, но познакомился со своей будущей женой. Она была бухгалтером-операционисткой в банке. И когда бизнесмен совершил попытку познакомиться, пригласив меня в качестве переводчика, я перевел все, как надо – записал телефон в свою книжку... Узнав об этом, Чандрыш Ша был страшно расстроен и сдал меня московскому руководству «Алекса» как охранника, который чрезмерно интересуется его финансовым положением. Я, правда, интересовался совсем другим, по повод был найден именно такой…»
«Торнадо» одними из первых в городе разрисовали свои дежурные машины броской символикой. Автомобилей для групп быстрого реагирования у предприятия начитывалось всего девять, если считать те, что постоянно ремонтировались в подконтрольных боксах. Девять машин на город – смех… Но бросались они в глаза куда чаще, чем многочисленные милицейские «канарейки».
И все-таки среди журналистов частная охрана слыла бандитами, но какими-то не очень серьезными. При случае не упускал повода поговорить о легализованном криминале Александр Невзоров. Петербургское телевидение с удовольствием транслировало оперативные съемки Игоря Комиссарова, где бравые РУОПовцы пресекали на корню сомнительную деятельность охранников. Вкрадчиво улыбался, рассказывая зрителям о замаскированных бандитах, входящий в зенит местной телевизионной славы Дмитрий Запольский. Не отставали от коллег и газетчики. Случалось, в средствах массовой информации появлялись материалы по близкой тематике, но касались они в основном частных детективов. Отечественные шерлоки холмсы воспринимались намного позитивнее, чем рослые парни, с некоторых пор назойливо маячившие на вещевых рынках или у входа в магазин.
В 1994 году малое государственное предприятие «Омега» провело третью специализированную выставку «Охрана и безопасность». Несмотря на многообещающее название, в экспозиции принимали участие только оружейники и технические фирмы, иначе – «железячники». Продавцов оружия можно было сосчитать по пальцам одной руки. Технари демонстрировали системы охранной сигнализации, жалюзи, комплексы контроля доступа и телевизионного наблюдения. Желающих купить дорогостоящие экземпляры технической безопасности было немного, но тысячи горожан собирались поглазеть на то, что еще недавно находилось под грифом секретности. Как вести себя – никто не знал. Традиция распространять среди посетителей выставки разного рода презентационную продукцию только прививалась на российской почве. Поэтому незадолго до «Охраны и безопасности» в Ассоциации «Защита» созрел грандиозный план – изготовить рекламные листовки, раздать их посетителям выставки, среди которых попадались и состоятельные бизнесмены, и таким образом увеличить число клиентов. Листовки были плохонькие. Фотографии, заимствованные из красочного журнала КОС, – черно-белые и смазанные. Но эффект превзошел ожидания. Вплоть до того, что руководство предприятия КОС в гневе позвонило Игорю Минакову, предъявив претензии, что он отнимает хлеб у «коллег по цеху».
На следующий год среди экспонентов «Охраны и безопасности» появилось московское охранное объединение «Баярд», которое оказывало в столице услуги по обеспечению коммерческой безопасности еще с 1989 года. А как только вышел закон «О частной детективной и охранной деятельности», объединение учредило школу охраны «Баярд», получившую в министерстве образования лицензию №1. Продвинутые москвичи привезли с собой и выпускаемый ими уже пару лет ежемесячный журнал для профессионалов «Частный сыск. Охрана. Безопасность».
Но почувствовать себя пионерами охранного бизнеса заносчивым баярдовцам не дали. Прогресс успел докатиться и до Петербурга. В 1995-м году участниками выставки стали сразу три местные силовые фирмы. «Секьюрикор-Охрана» закатила на стенд грозный инкассаторский броневик. Предприятие «Абрис-Алекс», которое имело к силовому предпринимательству довольно косвенное отношение, представило «наш ответ Чемберлену» – новорожденный журнал БДИ (Безопасность. Достоверность. Информация), где появилась рубрика о частной охране. Однако наиболее оригинальным способом презентовала себя Ассоциация «Защита». Никаких особых технических достижений за силовиками не числилось. С оружием было туговато – не до продажи. И выставочный стенд заполонили «живыми манекенами» – двухметровыми парнями в униформе. Охранники с ног до головы были обклеены шевронами и нашивками. Но это еще не все – рядом с ними терпеливо сопели сторожевые овчарки и ротвейлеры. Ошарашенным посетителям выставки, внезапно наткнувшимся на собачьи морды, раздавались яркие, насколько позволяла полиграфия того времени, цветные буклеты.
Вот это было время! Чего по нынешним временам стоят, например, рекламные призывы «Секьюрикор-Охраны» обеспечить «пассажирские перевозки в восьмиместном микроавтобусе «Мерседес Бенц 100Д», возможно с охраной» или предложение «пассивной безопасности и технической укрепленности». Да и люди в дорогих костюмах предпочитали не воспользоваться «защитовским» предложением на охрану, а обойти внушительного ротвейлера стороной…
О частной охране продолжали писать плохо. Договориться с журналистами оказалось много сложнее, чем на стрелке с братвой. Но и бритоголовым интеллектуалам не слишком нравились проныры-газетчики. Еще больше – корреспонденты деловых изданий, из-за которых у «подкрышных» возникали разного рода проблемы. Особенно раздражал «Деловой Петербург», с его манерой рассуждать о том, как нужно строить бизнес. Мнение редакции не всегда совпадало с мнением читателей. И обиженные бизнесмены полагали, что журналисты – ничем не лучше недобросовестных конкурентов. А разбираться с ними нужно испытанным способом. В редакцию зачастили верзилы убедительного вида. Они коротко объясняли субтильным юношам и барышням, что у газеты возникли большие неприятности. И могут возникнуть еще большие. А потому – или деньги на стол, или нужная статья. Причем завтра. Поняли, очкарики?
После очередного визита руководство «Делового Петербурга» обратилась в Ассоциацию «Защита». В назначенный бандитами для расплаты час в редакцию еле втиснулись бойцы из «защитовской дежурки». И ткнув пальцем в только что заключенный договор об обеспечении безопасности, насупились: что, мол, братва делает на территории охраняемого объекта? После этого на дверях «Делового Петербурга» появилась необходимая наклейка, в выходных данных газеты – соответствующая строчка. А журналисты, наконец, осознали, что с частной охраной лучше дружить, чем враждовать.
Очень скоро Ассоциация «Защита» установила договорные отношения с газетами «Час Пик», «Асток-пресс», «Аргумента и Факты – Петербург». Со временем почти все средства массовой информации стали работать с охранными предприятиями. Например, «Известия – Петербург» охраняется «Стафом», радио «Русский Шансон» – «Кронусом», радио «классика Петербург» входит в Ассоциацию «СЭТ-Информ». Хотя чаще происходит иначе – на входе в редакцию сидит свой же дежурный, а «оперативное прикрытие» обеспечивается дружественными силовыми фирмами.
В середине 1995 года охранные предприятия Петербурга начали подумывать о создании единого корпоративного журнала, который мог бы освещать в популярном формате их деятельность, а заодно и показал бы сомневающимся чиновникам, что охрана живет по законам бизнеса, а не криминальных «понятий». Такой журнал должен был составить конкуренцию московским изданиям подобной направленности, попасть на страницы которых стоило больших денег. Притом, что поступающие в Петербург тиражи исчислялись несколькими сотнями экземпляров, и погоды не делали.
25 января 1996 года вышел первым номер журнала «Оперативное прикрытие». Чекистский термин, подразумевающий легендирование сотрудников спецслужб в качестве дипломатов, журналистов, государственных служащих, который был заимствован охранными предприятиями для обозначения одного из основных видов своей деятельности, теперь становился корпоративным информационным носителем. Надо сказать, материалы о частной охране, публиковавшиеся время от времени в журнале БДИ казались слишком заумными. Безусловно, у них был свой читатель, но вот само издание охранники «своим» не считали. Напротив, журналистские материалы «Оперативного прикрытия» грешили излишней стилизацией «братковского» языка. Но именно этот маркетинговый ход и непривычное название позволили раскрутить журнал, не потратившись на рекламу. Первый номер «Оперативного прикрытия» ночами верстался в редакции «Делового Петербурга», а сотрудники журнала теснились в десятиметровом полуподвальном помещении – два старых стола и несколько стульев.
– У бандитов появился свой журнал, – резюмировали в ГУВД, старательно известив об этом петербургские средства массовой информации. Основным инвестором проекта стало охранное предприятие «Комкон». Затем к нему присоединилась Ассоциация «Защита», однако через полгода вышла из состава учредителей. Вакантное место заняли Концерн «Защита» и охранное предприятие «Служба безопасности «Торнадо». Вскоре с «Оперативным прикрытием», работавшим под девизом «Мы контролируем ситуацию», сотрудничали почти все крупные силовые фирмы города. На его страницах освещались вопросы оружейного рынка, средств безопасности, самообороны и связи, применения охранных систем, но большинство статей так или иначе касались частной охраны. Иногда в аналитических материалах о состоянии различных видов бизнеса. Иногда обращаясь к проблемам ветеранского движения, рассказывая о спорте, экстремальном отдыхе и мужских забавах.
Казалось, у охранных предприятий появился своеобразный центр по связям с общественностью… Издание журнала оказалось делом дорогостоящим, и весной 1998 года финансирование проекта прекратилось. На осколках редакции был создан Издательский дом «Оперативное прикрытие». Через год журналисты самостоятельно возобновили его выпуск в сокращенном виде. Внешний лоск слегка потускнел, но содержание возрожденного журнала осталось по-прежнему актуальным. Ежемесячно с десяти до пятнадцати охранных предприятий вскладчину компенсировали расходы на типографию.
В середине девяностых представители силового бизнеса обосновались на телевидении. Два конкурента – Роман Цепов и Руслан Коляк – начали продюсировать программы на различных каналах. Когда-то оба охранных лидера приятельствовали. До тех пор, пока генеральный директор «Кондора» не обмолвился в компании, что Роман Цепов преувеличивает свой талант стрелка. Какое там – сросся с оружием? Какое там – органически чувствует в руке пистолетную рукоятку? Доброжелатели в красках живописали «гнилой базар» руководителю «БалтикЭскорта». Тот недобро блеснул стеклами очков и отправил к Руслану Коляку секундантов. Спустя некоторое время в гостинице «Пулковская», где тогда собирались все местные авторитеты, случилась дуэль. И прежде чем Руслан Коляк успел выхватить ствол, директор «БалтикЭскорта» дважды щелкнул спуском, поймав в прицел переносицу своего противника. Потом история обрастет всякого рода преувеличениями, а Роман Цепов едва не получил в узких кругах прозвище Дуэлянт.
Теперь соперничество перенеслось на телевидение. Справедливости ради стоит заметить, что личная конкуренция Романа Цепова и Руслана Коляка только способствовала повышению качества эфирного продукта. И тот, и другой не стремились попасть на экран, но снабжали журналистов подчас закрытой информацией, а еще – деньгами на производство программ. В какой-то момент Роман Цепов так увлекся телевидением, что взялся стрелять за всех героев-снайперов в фильме «Чистилище».
Съемки были максимально приближены к реальности. По-настоящему горела техника, раскаленные автоматные стволы поливали в упор отданное киношникам полуразрушенное здание бывшего туберкулезного диспансера. Его окончательно превратили в руины, из которых и велась прицельная снайперская стрельба. Никаких манекенов. По замыслу режиссера, они могли использоваться лишь в качестве обугленных трупов. И никаких дублеров. Если снайпер стреляет в артиста, значит все как в жизни. «Пуля должна была пройти сантиметрах в пяти от головы, – рассказывал Роман Цепов. – Я был уверен в себе на сто процентов. А вот Мухомор, который теперь играет в «Ментах», после первого же моего выстрела отказался от дальнейших съемок…» Презирающему сексуальные меньшинства директору «БалтикЭскорта» пришлось даже побывать в роли «белых колготок», дублируя в кадре артисток, которые играли прибалтийских снайперш.
В титрах начали мелькать фамилии руководителей питерских охранных предприятий и названия силовых фирм. За невзоровским «Чистилищем» последовал «Бандитский Петербург», где в эпизодах появились все тот же Роман Цепов, а также фактурный Павел Бадыров из спецназовского «Ската». Затем руководитель «БалтикЭскорта» продюссировал нашумевший сериал «Идиот» и четырехсерийный фильм о событиях в Чечне «Честь имею!», где снова играл Павел Бадыров. После этого «скатовец» вообще распрощался с охраной и ушел в кино… Пока неизвестно, будут ли участвовать ближайшие сподвижники Романа Цепова в продолжении сериала «Честь имею!» после трагической гибели своего директора.
Охранному предприятию «Альфа-Норд» тоже суждено было войти в историю отечественного киноискусства. По словам Евгения Климова, сейчас никто не вспомнит точно, как возникла дружба с руководством компании СТВ, где были сделаны оба «Брата» с Сергеем Бодровым-младшим и «Сестры». После того как глава СТВ Сергей Сельянов выпустил на экраны еще и «Кукушку», «Олигарха» и «Войну», критики стали считать его великолепным режиссером и одним из лучших российских продюсеров. Теперь в титрах многотысячных видеокопий и на большом экране «Альфа-Норд» указана как компания, оказавшая существенную финансовую и техническую помощь в создании сельяновских фильмов.
Осенью 1996 года на выставке «Охрана и безопасность» состоялся первый в истории питерской частной охраны круглый стол с участием руководителей крупных силовых фирм, высокопоставленных представителей РУОПа, милиции и управления ФСБ, куда были приглашены и журналисты. Назывался он в соответствии с реалиями времени «Охранные предприятия – бандиты или защитники?» На удивление, зал был полон, дискуссия перенеслась на страницы газет и телевизионные экраны, а негосударственные силовики, пожалуй, впервые осознали – правильно организованный шум только помогает становлению бизнеса.
Журналистов начали приглашать на специально организованные мероприятия. На первом городском пейнтбольном турнире среди частных охранных предприятий и подразделений спецназа сборной газетных репортеров предложили сразиться с командой, занявшей одно из призовых мест. Силовики из «Торнадо» возили за собой из Петербурга в Москву полтора десятка спортивных журналистов – спальные вагоны, великолепная еда, эксклюзивные интервью с победителями соревнований и почетными гостями, и все это за освещение международных состязаний по таэквон-до. Логотипы охранного предприятия вместе с национальными флагами иностранных спортсменов «уходили картинкой» в экран, создавая «Торнадо» имидж мощной силовой структуры. Потом то же самое торнадовские руководители проделали с питерским хоккеем, но в менее грандиозных размерах.
Чтобы заручиться поддержкой прессы, чекистский «Скат» и Ассоциация «Защита» устроили соревнования журналистов по стрельбе – из ПМов в динамовском тире. Сначала вместе бьем в десятку – потом легкий фуршет и откровенное общение «за жизнь». «Скатовцы» выбрали для «акул пера» оружие калибром поменьше – легендарный спортивный пистолет Марголина. Вскоре после стрельбы новоявленные снайперы переместились в более знакомое место – Дом журналиста, где прошел круглый стол с участием частных охранников, оружейных торговцев и представителей средств массовой информации.
Кроме того, Юрий Ларьков уже принялся создавать в Озерках профессиональный спортивный клуб, который наверняка привлечет к чекистскому «Скату» внимание не только городской прессы. Заметим, что при этом руководители охранного предприятия четко различают – чем уместно привлекать внимание журналистов, а чем – нет. Из своей помощи детскому саду для слепоглухонемых детей, детям-инвалидам с нарушениями опорно-двигательного аппарата или обществу родителей, чьи дети больны раком, чекистский «Скат» рекламы принципиально не делает.
Наиболее действенным методом для того, чтобы разделаться с проблемным прошлым, стала организация частными охранными предприятиями различных клубов поддержки правоохранительных органов. Конечно, на первых порах частная охрана нуждалась в установлении неформального общения с чекистскими и милицейскими чинами. Где сложиться доверительному разговору, как не за стаканом доброго вина? Ведь не каждый начальник в погонах примет приглашение поохотиться с малознакомыми людьми или попариться в элитной бане? Однако довольно скоро созданные охранниками клубы или благотворительные организации начали жить своей жизнью. Иногда даже более насыщенной, чем основавшие их предприятия.
К примеру, профессиональный чекистский клуб «Дом 4». Он появился в 1996 году благодаря основателю Концерна «Защита» Игорю Минакову. Сначала членами Клуба могли стать только старшие офицеры-чекисты, как ветераны, так и действующие сотрудники. Ежемесячно они встречались в Доме архитектора – Белом зале, предназначенном для торжественных приемов. Каждое заседание вел один из членов Клуба. Он набрасывал на шею красный шарф, и церемония начиналась… Мужчины без галстуков в зал не допускались. Исключений не делалось никому, даже высокопоставленным генералам. Парадный китель и брюки с лампасами костюмом не считались. Заседание открывалось с общего исполнения песни «Офицеры» под караоке. Потом поздравляли юбиляров и награжденных, предоставляли возможность выступить приглашенным, поднимали рюмку, а дальше на выбор – бильярд, песни или товарищеское общение с коллегами на разные темы. В день заседания стены готовы были рухнуть от объема перемещаемой по Белому залу, иногда строго конфиденциальной, информации.
Постороннему человеку попасть сюда было нереально. Задолго до заседания член Клуба, желавший кого-либо пригласить, приходил на правление «Дома 4» и давал рекомендацию потенциальному посетителю. Если коллеги считали, посторонний того заслуживает, счастливец получал возможность один раз появиться на заседании Клуба.
Как сказал один из членов этого профессионального сообщества, президент фонда «Учебная литература» Андрей Богатырев, «Клубное общение является не только приятным ностальгически-застольным отдыхом. Оно все больше становится источником различного рода помощи. Наш огромный город на деле очень мал. Офицеры запаса ГБ находят достойное применение своим силам и знаниям во многих сферах деятельности, которые постоянно соприкасаются и пересекаются. Клуб дает нам знание «рассредоточения», что помогает решать массу мелких, а порой и крупных проблем – информационных, коммерческих, деловых, личных… И очередного заседания ты уже ждешь не только как ритуального действа, душевного пения с друзьями под гитару или караоке, но и как возможности лично встретиться с конкретным человеком, обратиться за консультацией, предложить свои возможности, связи, да и просто ощутить поддержку или сопереживание…»
В третьем тысячелетии процедура вступления в Клуб несколько упростилась. Как и раньше, членами «Дома 4» могут стать только люди, служившие в органах государственной безопасности или продолжающие там работать. Другой вопрос, теперь никто не считает, сколько больших звезд тебе упало на погоны – важнее общественный статус и стремление упрочить корпоративное единство. Между прочим, своей связи с Клубом «Дом 4» не скрывают и люди, управляющие страной. Скажем, полпред президента России в Центральном федеральном округе Георгий Полтавченко. Сегодня «чекистское собрание» насчитывает примерно сто десять членов и два десятка кандидатов. Президентом Клуба является генерал-майор ФСБ Андрей Липатов, которого коллеги долгое время характеризовали как «лучшего оперативника петербургского Управления». Наверное, неспроста.
А Игорь Минаков по-прежнему плотно связан с профессиональным чекистским клубом «Дом 4» и оказывает ему всяческую поддержку.
В декабре 1994 года под эгидой спецназовского «Ската» был создан благотворительный фонд социальной помощи и адаптации работников правоохранительных органов и служб безопасности «Пересвет». Только что началась Первая чеченская, и основатели «Ската» Эдуард Курчинский, Александр Бугуличенко-Рябочек и другие бойцы спецподразделения «Тайфун» отправились на войну. С этого момента спецназовский «Скат» через благотворительный фонд «Пересвет» начал официально участвовать в обеспечении спецназа «Тайфун» амуницией, медикаментами и продуктами питания на время командировок в Дагестан и Чечню. К деятельности фонда подключились промышленные предприятия, банки, нефтетрейдеры. В Военно-медицинской академии были оборудованы палаты для реабилитации спецназовцев, возвратившихся из горячих точек. Иначе стала выглядеть тренировочная база «Тайфуна». А боец спецназа Василий Рапинчук, тяжело раненный при разрыве гранаты, получает в «Пересвете» ежемесячную пенсию. Руководит фондом контр-адмирал Владимир Агапитов, в недавнем прошлом – заместитель начальника Северо-Западного регионального центра по чрезвычайным ситуациям и гражданской обороне.
В марте 2000 года один из руководителей Ассоциации «Защита» – бывший сотрудник оперполка милиции Александр Зимин – предложил организовать при охранном конгломерате общественное благотворительное движение «Большая Медведица». Задумка возникла не на пустом месте. Еще в «золотую эру» силового бизнеса клиентом Ассоциации стал самый известный, пожалуй, в Петербурге благотворительный фонд «Золотой пеликан». Казалось бы, зачем таким организациям «оперативное прикрытие»?
При умелом привлечении меценатов и спонсоров через благотворительные фонды проходит огромное количество денег, учесть правильное расходование которых довольно трудно. Многое зависит от того, насколько чистоплотны в своей деятельности те, кто руководит работой таких организаций. Возможность разжиться за счет чужой благотворительности быстро раскусили бандиты всех мастей. У «Золотого пеликана» хватило ума тут же обратиться в Ассоциацию «Защита». Так курировать безопасность благотворительного фонда стал Александр Зимин. За несколько лет он изучил систему благотворительной деятельности во всех тонкостях. И перенес ее на привычное поле.
Сегодня многочисленные программы «Большой Медведицы» поддерживают несколько тысяч питерских предприятий и коммерческих фирм. По мнению Александра Зимина, благотворительность – грамотное вложение средств для умных и дальновидных бизнесменов. Традиционными стали поездки «Большой Медведицы» в Чечню – с гуманитарным грузом, собранным предпринимателями Северной столицы. Каждый раз в конце декабря все семьи петербуржцев, погибших в боевых действиях на Кавказе, собираются на новогодний праздник в «Гигант-Холле». А несколько сотен детей-инвалидов – в клубе-казино «Олимпия». Только за два месяца 2005 года Центр поддержки ветеранов силовых структур и семей сотрудников и военнослужащих, погибших при исполнении служебных обязанностей, а также детей-инвалидов «Большая Медведица» провел шестьдесят шесть мероприятий благотворительного характера.
Да… В начале девяностых вряд ли кто-нибудь мог предположить, что охранные предприятия начнут заниматься разного рода «шефской работой» – развитием спорта, благотворительностью, подростками… Еще труднее было представить, как признанные лидеры силовых фирм займутся привлечением денег не для повышения своего материального достатка. Когда-то охранников сравнивали с робин-гудами: явно закон не нарушают, но, как говорят на родине благородного разбойника, настойчиво «гнут под себя». А если и чинят иногда беспредел – так это защищая несправедливо обиженных.
Александр Снетков – тот самый авторитетный Батя – с начала третьего тысячелетия не только возглавляет Ассоциацию «Защита», но и является президентом «Большой Медведицы». Более того, занимается программой «Умка» – оказанием психологической и материальной поддержки детям погибших сотрудников милиции и несовершеннолетним инвалидам. Вдобавок, осенью 2004 года на встрече представителей всех спецподразделений, дислоцированных на территории Петербурга, и ветеранских организаций и предприятий, где работают бывшие спецназовцы, Батю единогласно назначили руководить еще одним масштабным проектом.
Больше года назад «краповики» Сергей Сигарев и Михаил Яблоков предложили тем, кто служил в войсках, «для которых нет задач невыполнимых», установить в Петербурге первый памятник бойцам спецназа. Героям сегодняшней России – не киношным, обвешанным оружием рейнджерам, а обычным парням, готовым оказаться на войне в любую минуту. Памятник решили воздвигнуть в Парке интернационалистов, рядом с мемориалом воинам, погибшим в Афганистане. 29 августа 2004 года на месте будущего памятника ветераны и сотрудники из боевых подразделений ГРУ, ФСБ, милиции, ГУИНа, «морские котики» из разведки ВМФ заложили камень. Вскоре к инициативе петербургских спецназовцев присоединились легендарные «Альфа» и «Русь», бойцы из Пскова и Калининграда. Все вместе объединились в некоммерческое партнерство «Спецназ – Память и Слава».
Теперь силовики Петербурга, как государственные, так и частные – «Скат», Ассоциация «Защита», «Резерв» – вплотную занимаются вопросами проектирования и продвижения проекта во властных структурах и среди предпринимателей.
Занятия частной охраны с подростками – из той же области. Что подвигает Сергея Сигарева организовывать военно-спортивное первенство «Кубок вызова» для старшеклассников? Неужели существует прямая зависимость между проводимыми им лекциями по истории спецназа и растущей выручкой охранных предприятий? Подростковый клуб военно-патриотической направленности «Флагман» работает под эгидой фонда «Пересвет» при райвоенкомате Красногвардейского района – полный курс молодого бойца для сотни отроков из неполных семей и летние полевые лагеря у пограничников. В последний призыв все воспитанники, кому стукнуло восемнадцать, были зачислены в бригаду спецназа ГРУ. Военно-спортивный центр для подростков «Ориентир» – постоянная забота силовой фирмы «Брекватер»: прыжки с парашютом, стрельба из автомата, выезд в воинскую часть… «Ориентиру» почти семь лет, только в 2004 году в его мероприятиях приняли участие 3600 допризывников. Они были признаны лучшими резервистами МЧС, когда представители Совета безопасности России тестировали город на качество подготовки юношей к армейской службе. Преподавателям «Ориентира» доверили вести занятия по обеспечению безопасности жизнедеятельности для студентов Российского государственного педагогического университета. Удивительно ли, что руководитель Концерна «Русское оружие» Иван Сапрыкин недавно создал ОСТО Центрального и Адмиралтейского района – бывший ДОСААФ?
«Наверное, это приходит с возрастом, – говорит Иван Сапрыкин – Нужно заниматься с ребятами всерьез. Мы провели конференцию с учителями всех школ, которые расположены в центре Петербурга, предложили свою помощь. Многие старшеклассники отстрелялись в нашем замечательном тире. Это трехсотметровый бывший Императорский пулеметный тир. А еще были уроки по истории оружия, ребята разбирали и собирали автоматы, изучали азы самообороны…»
Время заставляет охранные предприятия иначе относиться даже к собственному имени. В 2005 году «Альфа-Норд» объявила о проведении ребрэндинга. Чтобы было понятно – в понятие брэнд включаются название фирмы, ее атрибуты: логотип и используемые в рекламе цвета, и созданный у потребителя образ. Смена марки– это новая жизнь предприятия. На Западе бизнесмены охотно расстаются с названиями своих компаний, если они эпатажны, невнятны или труднопроизносимы. Частная охрана никогда не признавала добровольного отказа от имени. С его помощью выигрывались стрелки. Оно отпугивало злоумышленников от охраняемых объектов. Название силовой структуры привлекало клиентов и служило гарантом благонадежности у правоохранительных органов. Едва ли не весь авторитет охранного предприятия часто умещался в нескольких заглавных буквах.
Другой вопрос, иногда с названием приходилось расставаться не по своей воле. К примеру, когда силовая фирма попадала в милицейскую разработку из-за столкновений с братвой. Или лишалась лицензии, потому что нарушала правила обращения с оружием. Или вчерашние друзья-учредители разошлись в разные стороны – у одного осталось наработанное имя, а другому предстояло снова закрепляться на рынке – через стычки, неприятности, поиск новых клиентов… «Альфа-Норд» решила сменить имя добровольно, переименовавшись в «А-N Security». Во-первых, вспомним, что с недавних пор у предприятия появились западные корни, где привычнее латинское написание. Во-вторых, эта силовая фирма никогда не имела отношения к комитетовской «Альфе» и, уж тем более, к «Альфа Групп» – одному из известных в стране финансово-промышленных холдингов. Ребрэндинг потребовал изменить эмблему, форму, заново переговорить с клиентами. Однако, по мнению руководителей охранного предприятия, с новым названием проще работать в Ростове и Москве, где у «А-N Security» есть серьезные интересы.
С особым вниманием относятся к формированию корпоративного имиджа и в группе компаний «Спецзащита». Как считает Рюштибей Якубов, если по дороге домой охранник увидит баннер «Спецзащиты», он будет гордиться, что работает в уважаемой структуре. Везде – на форме, еженедельниках, ручках – соответствующая символика. Рекламные ролики группы компаний крутятся в телевизоре, заполняют рекламные паузы в «Человеке и законе» и «Ментах». Потребовалось, и «Спецзащита» выступила генеральным спонсором трансляции матчей петербургского футбольного клуба «Зенит» на радиостанции «Петроград – Русский шансон». Грамотная реклама идет на пользу.
Шумит, шумит частная охрана. Руководители теперь носят на лацкане фирменный значок. Как принадлежность к особому кругу. И на флагштоках у офисов уже развеваются собственные штандарты…
Иногда, разбирая архивы, наткнется силовой директор на давнюю бумажную наклейку с контактными телефонами… Вспомнит, как носились по улицам тонированные «девятки» и изрядно подержанные «мерсы» и «бомбы» с бритоголовой братвой. Как гонялись за ними милицейские уазики. И расстановка сил была предельно проста. Бандиты «нагибали» коммерсантов, стражи порядка боролись с бандитами, а коммерсанты старались пореже попадаться на глаза и тем, и другим. Охранные предприятия, конечно, вписывались в эту систему отношений, но как-то странно… Еще не бандиты, но уже не менты. Кто же?
Давно это было…
  • 10 561
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен