Второе дыхание

Ergo Zoom

В третье тысячелетие питерская частная охрана шагнула, заручившись лоббированием своих интересов во власти. Нашлись те, кто взялся доказать необходимость работы частных силовиков не только на коммерческих клиентов, но и, отчасти, на государство. В столицу потянулись переселенцы с невских берегов, которые занимали все новые и новые высоты в Кремле, Белом доме, федеральных ведомствах и силовых структурах. На Северном Кавказе снова разгорелись войны. Открытым боестолкновениям сепаратисты начали предпочитать тактику точечных партизанских ударов и «акции возмездия», переместившиеся вглубь России.
Как ни странно, Вторая чеченская и теракты против гражданского населения напрямую сказались и на работе частных охранных предприятий. Достаточно вспомнить, что в 2000 году численность работников органов правопорядка составила в Петербурге чуть более 50 тысяч человек. Значительная часть сотрудников милиции и спецслужб оказались отвлечены на выполнение служебных задач на Северном Кавказе. Как во времена Афганской, а потом и Первой чеченской кампаний, в медицинские учреждения города стали поступать многочисленные раненые, контуженные, получившие боевые травмы. При всем этом, в Петербурге практически отсутствовала система работы с населением по вопросам безопасности. Жилища и места работы жителей казались явно незащищенными.
В результате аналитиками из среды частной охраны был разработан пилотный проект «Программы мер обеспечения безопасности и социальной защиты жителей Выборгского района». Предполагалось, что этот район, который во многом копировал общую город в целом – сегмент исторического центра, промышленные зоны, парковые территории, кварталы элитной застройки и спальные микрорайоны – станет моделью для создания целой системы обеспечения безопасности населения. Воедино должны были свестись усилия инициативных групп граждан, в частности – товариществ собственников жилья и правоохранительных органов. К этому планировалось подключить частные охранные предприятия, которые активно работали в Выборгском районе. В первую очередь это касалось чекистского «Ската», Ассоциации «Защита» и силовых фирм, созданных представителями казачества. По замыслу авторов проекта, поддержанных и городскими парламентариями, и администрацией района, охранники совместно с милицией перекрывали наиболее криминальные точки и места возможного совершения террористических актов. Мобильные группы быстрого реагирования, машины патрульно-постовой службы и наряды вневедомственной охраны обеспечивали контроль на улицах и во дворах. Дежурные службы всех правоохранительных органов и районной власти замыкались на единый Центр общественной безопасности, по сигналу которого на место происшествия выдвигалась любая патрульная машина, оказавшаяся поблизости. Вдобавок охранные предприятия прикреплялись к отделам милиции наподобие подзабытых народных дружинников.
Здесь, правда, возникали вопросы относительно полномочий, социальных гарантий и, конечно же, финансирования. Директор чекистского «Ската» Юрий Ларьков по этому поводу сказал: «выделяя человека на охрану правопорядка, я несу ответственность перед его семьей. А приходится, согласно законодательству, выводить людей на улицу без оружия и спецсредств. Абсурд. Закон разрешает использовать оружие при охране частной собственности, но на охрану общественного порядка частный охранник должен выходить с голыми руками. И ведь не секрет, сегодня преступники имеют даже автоматическое оружие…» Оставалось непонятным, кто ответит за возможное увечье или смерть охранника, привлеченного в качестве дружинника? Кто оплатит его лечение? Труд, в конце концов?
Проект «Программы мер в Выборгском районе» казался настолько привлекательным, что в Смольном даже зашла речь о выделении бюджетных средств для его реализации. Тем более, главным координатором стал губернатор Владимир Яковлев. Со стороны частной охраны организаторами рискнули выступить профсоюз «Законность и правопорядок», координационный совет при ГУВД и региональный общественный фонд «Правопорядок-Центр». Однако, несмотря на хорошее начало, чиновники Смольного за считанные месяцы свели инициативу на нет. И весь пар ушел в свисток… Единственным достижением, если так можно сказать, стало появление предприятия «Охрана-Связь», созданного специально для обеспечения безопасности административных и учебных зданий. Сегодня «Охрана-Связь» организует защиту жилых домов на трех рубежах и занимается охраной прилегающих к Выборгскому району Петербурга садоводств и коттеджных поселков. Увы, вряд ли успешную деятельность отдельного предприятия можно считать реализацией загубленного проекта.
Петербург, к счастью, продолжал жить без терактов. Не потому, что правоохранительные органы города демонстрировали небывалый героизм. Лидеры чеченской диаспоры еще в середине девяностых договорились с полевыми командирами о некоем компромиссе. Диаспора готова была принять на излечение раненых боевиков, отправить некоторую часть молодежи «на действительную военную службу» в горы, помочь медикаментами и деньгами. В ответ боевики гарантировали своим единоплеменникам спокойную жизнь – возможность вести бизнес в Петербурге, развиваться, дружить с местным населением и, главное, исключить совершение каких-либо радикальных действий.
Так и вышло, что частные охранные предприятия остались не востребованы властью. Их продолжали время от времени привлекать на непонятных условиях к обеспечению общественного порядка, но дальше сотрудничество не продвинулось. Хотя влиятельные силовые фирмы и установили крепкие контакты со стражами порядка. Скажем, тот же «Форт-С» заключил соглашения о сотрудничестве практически со всеми районными управлениями милиции в городе и тремя – в Ленинградской области. А на рынке к этому моменту появился еще один серьезный игрок – группа предприятий «Спецзащита».
К созданию самостоятельной охранной структуры Рюштибей Якубов, признаемся, шел долго. Когда-то, отслужив в армии, он направился в Ленинград, к сестре. Хотел поступить в институт. Но надо было чем-то зарабатывать на жизнь. Вот и устроился дембель для начала в ведомственную охрану – обеспечивать безопасность «Водоканала». Потом по направлению пошел в школу милиции, решив стать инспектором уголовного розыска. В Куйбышевском райотделе, где Рюштибей Якубов принялся бороться с ворами и разбойниками, в конце восьмидесятых собралась команда «честных ментов». Возможно, и дослужился бы будущий руководитель «Спецзащиты» до генеральских погон, как, например его коллега Владислав Пиотровский. Кстати, в канун празднования 300-летия Петербурга шеф криминальной милиции города и давний коллега Рюштибея Якубова заметил, что по оперативным данным в частном охранном секторе работает около 40 тысяч человек, вооруженных шестью тысячами единиц огнестрельного оружия. А так как многие частные охранники были раньше сотрудниками милиции, то взаимодействие с ними является логичным и необходимым.
Из уголовного розыска президенту группы компаний «Спецзащита» пришлось уйти по причине исключительно тривиальной. Государево жалованье не позволяло семье сводить концы с концами. Рюштибей Якубов стал коммерсантом. Правильнее сказать, директором третьего по счету в городе коммерческого магазина. «В день получал больше, – как он говорит, – чем за месяц работы в уголовном розыске. На бутылку польского «Амаретто» бросался десяток покупателей, а любой товар уходил с наценкой в триста процентов. Но душа требовала чего-то другого. И хотя дела шли успешно, понял, что торговля не для меня. Мое прошлое, связанное с уголовным розыском, это уже как штамп на лбу. Когда стали появляться охранные предприятия, чтобы не возвращаться в органы, я пошел работать начальником информационно-аналитического отдела в совместную англо-русскую силовую фирму. Такие отделы еще назывались «крышными». Девяностые были эпохой разгула бандитских группировок, и основная наша задача состояла, как решить в правовом поле вопросы защиты клиентов. Почти половина из них были иностранцы – консульства рекомендовали тем, кто хочет вести бизнес в Петербурге, обращаться в охранные предприятия с незапятнанной репутацией…»
Вполне естественно, что со временем захотелось Рюштибею Якубову сделать собственную охранную структуру. Вместе с ним ушли его единомышленники, практически весь отдел. Вначале заработка едва хватало им на зарплату. Через три года оборот «Спецзащиты» вырос в несколько десятков раз. Клиенты рекомендовали охранное предприятие своим деловым партнерам, те заключали контракты на обеспечение безопасности и советовали подписывать аналогичные договоры со «Спецзащитой» своим контрагентам.
Объяснение, почему активно развивается новая силовая структура, в городе нашлось сразу же – московские деньги. Никто не верил, что первым договором «Спецзащиты» было наведение порядка на торговых зонах около метро накануне Восьмого марта. Очень быстро появлялись выгодные контракты, и Москва здесь совсем не при чем…
«Главное для нашего бизнеса, – говорит президент группы компаний «Спецзащита», – хорошая репутация. Например, у нас работает свыше двухсот пятидесяти лицензированных охранников. Все они проходят тесты у психолога, ведь людям оружие доверяется. А в 2004 году я лично проводил аттестацию персонала на предмет квалификации. Компания должна знать, как она живет, какие ошибки можно предотвратить…».
Вообще, кадровая проблема – настоящий бич охранного бизнеса. В начале девяностых негосударственные силовики испытывали острую потребность в бойцах, которые готовы «забивать» стрелку криминальным группировкам. Человек, готовый пойти под стволы, ценился на вес золота. На таких жестких парнях первоначально держался имидж охранного предприятия, а затем и авторитет у клиентов, бандитов и правоохранительных органов. В «золотую эру», когда контракты на обеспечение безопасности объектов заключались ежедневно, потребовались десятки надежных работников. Чтобы не ныли, заступая на объект едва ли не в чистом поле, не пили и вовремя сдавали оружие и спецсредства. После августовского кризиса охранным предприятиям просто нужны были люди, способные терпеть безденежье и ожидать месяцами, появится ли объект.
В третьем тысячелетии кадровый вопрос повернулся неожиданной стороной. Оказалось, что рухнувшие десять лет назад заводы могут восстановиться и платить квалифицированным рабочим в полтора раза выше, чем человеку на сторожевом посту. Снова потребовались инженеры, программисты, электрики. А слово «крыша» стало означать не подконтрольность бритоголовым громилам – деловые связи среди высокопоставленных чиновников и генералов. Наконец, многие коммерческие структуры обзавелись собственными сторожами и вахтерами, которые при необходимости давили на «тревожную кнопку». В итоге, клиентам потребовалась принципиально иная, качественная охрана – объектовые посты, технические средства защиты, вооруженные мобильные группы, централизованный пункт мониторинга, информационная безопасность. Когда-то ресторану нужен был конкретный вышибала с удостоверением в кармане. Чем страшнее на вид, тем лучше. Но нынешние заведения бьются за каждого посетителя. И любой инцидент с мордобоем негативно сказывается на количестве потенциальных клиентов. Теперь ресторану требуется физически подготовленный дипломат. Только продвинутый силовик сможет договориться со всеми, упредить драку и аккуратно выставить вон нежелательного субъекта. Чтобы не досаждать остальным.
Иными стали и сами охранники. Раньше они часто мирились с отсутствием отпуска и неоплаты больничного. Заступали на объект в собственном камуфляже или костюме, носили собственную обувь, обходились без горячей пищи и комнаты отдыха. Но с недавних пор охранники больше не желают «тащить службу» на манер армейской и стойко переносить все тяготы и лишения. В противном случае они вспоминают полученные когда-то профессии или начинают карьеру заново в других сферах хозяйственной деятельности. А на смену уходящим, в том числе и в силу возраста охранникам, устраиваются новички, не заставшие сложных времен. Однако, несмотря на специфику бизнеса, молодость – не всегда вливание свежей крови…
«Сегодня наступил кадровый кризис, – констатирует руководитель чекистского «Ската» Юрий Ларьков. – Молодые приходят просто никакие. Ими никто не занимался. Нет физподготовки. Нет образования. Почти инвалиды. К тому же – полное бескультурье. Приходится объяснять, что на посту нельзя держать руки в карманах, жевать, что нужно общаться со старшими на «вы»... А еще лет пять назад из десяти кандидатов мы брали на работу семерых. Сегодня – максимум двоих, с обязательством, что они со временем пересдадут физподготовку, своевременно изучат инструкции. Люди вообще не интересуются ни общественной, ни политической жизнью в стране. В общем, надеемся, что человек будет соответствовать хотя бы элементарным требованиям. Между тем, заказчики стоят в очереди. В основном средний бизнес, которому тяжело иметь свою службу безопасности. Слишком затратное это дело, ведь охрана, как армия, поглощает ресурсы на модернизацию, форму, обучение. А сработать может лишь считанные разы…» Частная охрана начала жить по законам обычного бизнеса. Не этим ли объясняется, что в Петербурге из каждой тысячи сотрудников силовых фирм пятеро – женщины. Как минимум три охранные структуры возглавляют представительницы слабого пола.
Как в любом бизнесе, здесь по-прежнему случаются и неприятные истории. Не иначе как всхлипами по былым временам можно назвать то, что произошло зимой 2002 года в зеленогорском пансионате «Ласточка». Сначала двое неустановленных преступников под угрозой пистолета избили молодую даму – администратора пансионата. Через три недели там же был застрелен главный инженер Российского научного центра «Прикладная химия». Спустя некоторое время оперативники уголовного розыска задержали мужчину в возрасте «чуть за пятьдесят». Он довольно скоро сознался, что обращался к своему знакомому – директору охранного предприятия «Зодиак», с просьбой пикантного характера: за пятьсот долларов избить неверную жену, которая изменяет супругу с инженером из «Прикладной химии».
Директор «Зодиака» понял просьбу буквально. Двумя днями позже он вместе с каким-то человеком, напялив черную маску, ворвался в административное здание пансионата «Ласточка», где они по полной оторвались на подвернувшейся женщине. Но по ошибке избили не ту. «Рогатый» супруг предъявил руководителю охранной фирмы претензию, и предложил не только физически наказать жену, но и за тысячу долларов убить ее любовника-интеллектуала… 21 февраля 2002 года директор охранного предприятия «Зодиак» и его заместитель приехали к пансионату, где новоявленный киллер облачился в белый комбинезон и белую маску, прошел на территорию и около административного здания застрелил инженера из пистолета ТТ, произведя контрольный выстрел в голову. Заказчик и оба «зодиаковца» были задержаны по горячим следам. А вот неверной жене снова повезло…
Проблемой, как придать силовому прикрытию цивилизованные формы, руководители охранных фирм озадачились еще в середине девяностых. Весной 1996 года управление по лицензионно-разрешительной работе было крайне удивлено неожиданной инициативой входящего в состав Ассоциации «Защита» предприятия «Секьюрити-1». Впервые в истории охранного бизнеса деятельность предприятия стала определяться «Положением о квалификационных требованиях, регламентирующих порядок определения и присвоения квалификационных категорий охранникам». Иными словами, получаемый сотрудником заработок был поставлен в прямую зависимость от уровня его профессиональной подготовки. Правильнее – переподготовки поскольку присвоенная однажды категория подлежала ежегодному подтверждению. Единственным исключением из правил и досрочным повышением квалификационной категории могли стать грамотные действия охранника в случае возникновения на объекте экстренной ситуации. Чтобы «Положение о квалификационных требованиях» не оказалось фикцией, в «Секьюрити-1» создали специальную инспекторскую группу. Отныне несколько человек скрупулезно оценивали каждый шаг охранника, колесили день и ночь, проверяя объекты, суммировали и отличия, и проступки.
В 1997 году подобные квалификационные требования появились во всех наиболее заметных охранных предприятиях. Например, в Ассоциации правовой защиты «Алекс» инспектированием подчиненных по очереди занимались все руководители подразделений. График проверки объектов держался в строжайшем секрете, и никто из охранников не мог предугадать, когда на объект совершат условное проникновение или просто приедут за полночь на пост. А в спецназовском «Скате» заработная плата охранников достаточно давно стала увязываться с регулярными посещениями спортивного зала и тира. И если человек желает профессионально расти и получать квалификационные надбавки к базовой ставке оплаты труда, он должен ежеквартально сдавать экзамены по физической и стрелковой подготовке. Как заметил генеральный директор охранного предприятия «Фобос» Илья Иванов, «В 2001 году мы разработали и ввели систему категорий, от которых зависит оплата труда. Первая категория – самая высокая. Вторая ниже. Третья – это новые сотрудники, у которых есть перспективы роста. Охранники проходят экзамены, собирается комиссия, но прежде мы смотрим, как человек работал. Не секрет, что раз в год охранники сдают зачет в лицензионке. Наши сдают сложные зачеты внутри предприятия каждый месяц, потому что мне совершенно не хочется краснеть за своих сотрудников. Конечно, с каким-нибудь вузовским сопроматом это не сравнить – при желании может справиться любой человек…»
В 2002 году основатели «Секьюрити-1» организовали охранное предприятие «Техно-Секьюрити». Немного изменилось и положение о квалификационных требованиях к сотрудникам. Теперь старшие объектов предоставляли аттестационной комиссии служебные характеристики всех охранников и оценочные листы с результатами сданных зачетов по знанию теоретических вопросов и практических навыков. Теория – это законы, уголовный и административный кодексы, документы, нормативные акты, регламентирующие деятельность частных охранников. При проверке знаний по теоретическим вопросам учитываются результаты сдачи зачетов по правилам применения оружия и спецсредств, проводимые сотрудниками милицейского управления по лицензионно-разрешительной работе. «Физрук» охранного предприятия оценивает, как экзаменуемый владеет приемами рукопашного боя. Начальник отдела спецсредств и вооружения – практические навыки владения огнестрельным оружием и спецсредствами, выполнение упражнений по стрельбе из ИЖ-71 в тире. Кадровик ведет учет стажа работы в охранном предприятии и сведения о присвоении последней квалификационной категории. Кроме того, требуется знать основы оказания первичной медицинской помощи, пользоваться всеми видами связи и средствами пожаротушения и, главное, различать начало и особенно окончание преступных посягательств на охраняемый объект. Требование, кстати, очень правильное. Не то отражение нападения превратится в увлекательную погоню со стрельбой.
Категорий всего три. Сдача на следующую проходит не раньше чем через шесть месяцев. Досрочное повышение квалификационной категории охраннику может быть осуществлено в случае проявления им всех необходимых действий при возникновении чрезвычайных ситуаций – взлома, нападения, пожара, которые зафиксированы правоохранительными органами или руководителем «подзащитного» объекта. Если же сотрудник не отвечает требованиям присвоенной ему квалификации, она понижается. Соответственным образом регулируется и уровень заработной платы. Чем выше категория – тем существеннее оказывается ежемесячное материальное вознаграждение.
Помимо определения категорий в «Техно-Секьюрити», вероятно вспомнили о принципах канувшего в Лету социалистического соревнования и начали присваивать звание «Лучший охранник года». Здесь учитываются как профессиональные, так и личностные качества – хладнокровие, бдительность, смекалка и даже быстрота реакции. Методы поощрения, так и хочется сказать «ударника силового труда», проверены временем – почетная грамота и денежная премия.
Существует понятие «категория охранника» и в Группе компаний «Спецзащита». По мнению Рюштибея Якубова, каждое подтверждение профессионализма сотрудников необходимо поощрять денежными бонусами. Есть желание получать дополнительную прибавку к зарплате – повышай квалификацию. Интересно, что таким образом в «Спецзащите» можно дорасти даже до директора одного из предприятий, входящих в Группу компаний. Главное, считает Рюштибей Якубов, чтобы удачная карьера рядового охранника, основанная на его желании работать над собой, не вызывала приступов зависти у других сотрудников фирмы. «На мой взгляд, у нас хорошая команда, – рассказывает президент «Спецзащиты», – двести пятьдесят охранников. Все проходят тесты у психолога, ведь им же с оружием работать. Кроме того, я лично провожу аттестацию персонала на предмет соответствия квалификационным требованиям. Ничего удивительного в этом нет: главное в силовом бизнесе – хорошая репутация…»
Действительно, репутация играет все большую роль в охранном бизнесе. Лидеры силового рынка всерьез озабочены тем, что небольшие фирмы занимаются демпингом, снижая расценки «на защиту», ниже некуда. Заниженная стоимость охранных услуг очень нравится организаторам всевозможных государственных тендеров. За счет выделения мизерных денежных средств на обеспечение безопасности якобы достигается экономия бюджета. Правда, и качественная охрана в этом случае превращается в знакомого по советским временам вахтера – сидит взаперти человек пенсионного возраста и бдит за кнопкой тревожного вызова. Или нанимаются для выполнения бюджетного заказа нелицензированные парни из глубокой провинции, для которых зарплата в три тысячи рублей – огромные деньги.
Выход из тупика попытались найти в охранном предприятии «Стаф». Клиентам на выбор предлагается воспользоваться сторожевой или вахтерской службой. В первом случае на пост заступают экипированные, а то и вооруженные охранники. Во втором – кто придется, главное, чтобы справлялся с возложенными обязанностями. Все вахтеры замыкаются на круглосуточную группу оперативных дежурных, в распоряжении которых находятся тревожные мобильные группы. Несколько автомобилей с вооруженными сотрудниками постоянно колесят каждый по своему маршруту, чтобы при необходимости прибыть на объект в течение десяти минут. Объектов много, и себестоимость охраны «размазывается» на всех.
Но где-то вахтерская служба невозможна по определению. В конце 2004-го стафовцы взяли под охрану крупнейшее предприятие оборонного комплекса – «Арсенал». Практически ежедневно охранники задерживали по несколько заводских несунов. Те тащили, что попадется под руку, вплоть до тяжелых броневых листов. Вряд ли с таким народцем справились бы безоружные вахтеры.
Забота о собственной репутации стала занимать питерских охранников еще и потому, что завоевывать город ринулись конкуренты из Москвы. Столичная экспансия впервые коснулась Петербурга еще в 1995 году, когда нефтяной концерн «ЛУКойл» открыл здесь региональное представительство. У нефтяников были большие деньги. Очень большие. На которые и позариться не могла местная братва. И хотя на первых порах глава «ЛУКойла» Вагит Алекперов решил подружиться с авторитетным Михаилом Мирилашвили, это еще ничего не значило. Нефтяники готовы были вступать во временные деловые альянсы, договариваться о мирном сосуществовании с криминальным миром, подкармливать власть и журналистов. Однако оберегать свои коммерческие интересы нефтяные магнаты поставили собственное охранное предприятие – «Луком-А-Санкт-Петербург». Охранники замыкались на единую службу безопасности «ЛУКойла», расквартированную в Москве.
Если раньше столичные силовые структуры, чувствуя себя чужаками, стремились установить партнерские отношение с частной охраной из Петербурга, то теперь многое изменилось. В 1997-м на берега Невы пожаловало влиятельное агентство безопасности «Оскордъ». Московские капиталы быстро дали о себе знать. Оскордовская «дочка» за несколько месяцев закрепилась в известных универсамах и ресторанах Петербурга. Глядя на успех «Оскорда», подтянулся в Северную столицу и «Аллигатор».
По другому начали вести себя ветераны комитетовской «Альфы». Продолжая дружить с Ассоциацией «Защита» и уже имея свой форпост в лице охранного предприятия «Альфа-Нева», легендарный чекистский спецназ планомерно продвигался вглубь питерской территории. Со временем работать здесь стали силовые фирмы «Альфа-Север» и «Альфа-Юнит», учрежденные Ассоциацией ветеранов подразделения антитеррора «Альфа». А в 2003-м году партнерство с Ассоциацией «Защита» получило свое закономерное продолжение – обе стороны по инициативе московского спецназовца Сергея Федорова и чекиста Сергея Гладышева из Петербурга учредили общее охранное предприятие «Альфа-Северо-Запад». Оно входит в Российский союз предприятий безопасности и поддерживает контакты с полусотней частных силовых фирм по всей стране.
Интересная деталь – Сергей Федоров в первую свою командировку служил в группе «Альфа» снайпером, и именно ему довелось спустить с флагштока последний российский стяг в Афганистане. Случилось это спустя полтора года после вывода советских войск, в августе 1992-го. Талибы уже атаковали Кабул. Российское торгпредство, безопасность которого обеспечивал чекистский спецназ, постоянно подвергалось артиллерийским ударам. Два сотрудники миссии были смертельно ранены. Руководство страны приняло решение о начале эвакуации. В этот момент Сергей Федоров под обстрелом снял с крыши здания простреленный автоматной очередью российский флаг. Последний триколор, с которым закончились для страны боевые действия в Афганистане, хранится в московском офисе Сергея Федорова.
Его питерский тезка – Сергей Гладышев – в свое время занимался активными мероприятиями, служа в военно-морской контрразведке. Потом, уйдя на гражданку, принимал непосредственное участие в создании нескольких крупных охранных предприятий в Петербурге. Но по-настоящему известен в силовых кругам он стал благодаря своим аналитическим разработкам. Теперь Гладышев занимается информационным обеспечением на самом высоком уровне, консультируя государственные и коммерческие структуры федерального уровня.
К моменту, когда легальному силовому бизнесу в России исполнилось десять лет, крупные питерские предприятия по-настоящему задумались: что дальше? Как подытожил руководитель «Брекватера» Константин Крутцов, «Роль мускулов себя исчерпала, уступив место аналитической работе. Конечно, любое охранное предприятие обладает ресурсами физической защиты, но мы поняли, что аналитические подходы к обеспечению безопасности позволяют решить множество проблем, которые могут привести к силовому столкновению. Поэтому был создан некий мозговой центр – внутренняя контрразведка. Его сотрудники занимались как вопросами подбора персонала, так и анализировали внешние враждебные факторы. Это наша обязанность – подбирать людей, заинтересованных честно работать, и выявлять тех, кто пришел в охрану, чтобы поживиться…»
«Брекватер» одним из первых перенес на охранный бизнес принцип кооперации. Еще несколько лет назад это было бы в принципе невозможно. Теперь, если появляется договор, который «не проглотить в одиночку», генеральный директор «Брекватера» Вячеслав Леонтьев привлекает в качестве субподрядчиков другие охранные предприятия. Как правило, из Ассоциации безопасности экономики и бизнеса «Северо-Запад». Еще один принцип, по которому живет весь цивилизованный бизнес, пытаются использовать в своей работе основатели Концерна «Русское оружие» Иван Сапрыкин и Вячеслав Воротынцев.
Иван Сапрыкин когда-то давно начинал милицейскую карьеру в должности участкового инспектора Московского РУВД. В середине девяностых он стал руководить одним из первых в Петербурге оружейных магазинов. Небольшой полуподвал, где можно было подержать в руках образцы охотничьего и служебного оружия, присмотреть себе амуницию или внушающий уважение нож, был очень популярен у сотрудников милиции и чекистов. Отчасти потому, что располагался магазин «Русское оружие» метрах в двухстах от Главного управления внутренних дел и Управления Министерства безопасности по Петербургу и Ленинградской области. Или оттого, что предпочитал Иван Сапрыкин продавать продукцию отечественных оружейников из Ижевска и Тулы.
Оружие – вероятно, самый опасный груз, который приходится транспортировать из региона в регион. Вот и появилась у Ивана Сапрыкина мысль создать свою службу безопасности. Оберегать оружие в пути стала охранная фирма «С.С.С.». Ее вместе с оружейником организовали бывший сотрудник комитетовской «девятки» Сергей Смирнов и отставной милиционер Владимир Спасский. Правда, вскоре оказалось, что охранный бизнес гораздо тяжелее, чем выглядит издали. И Иван Сапрыкин продолжил заниматься им в одиночку. Пока не встретил Вячеслава Воротынцева.
Вячеслав Воротынцев решил попробовать себя в ином качестве, когда уже миновала «золотая эра» питерской частной охраны, а самому ему вот-вот должно было исполниться шестьдесят. Прямо скажем, далеко не каждый человек рискнет в таком возрасте не числиться руководителем коммерческой силовой структуры, а реально возглавлять бизнес. Как-то Вячеслав Воротынцев пошутил, мол, все дело – в детях: их пятеро, причем младшая дочь еще школьница. Разве может отец допустить, чтобы его считали заслуженный пенсионером, мимо которого проходит жизнь?
Генеральный директор предприятия «Кордон» отслужил в милиции ровно 36 лет и семь месяцев. Сначала занимался вопросами экономической безопасности в структуре Управления по борьбе с хищением социалистической собственности, потом несколько лет раскрывал преступления, совершаемые на территории города против иностранцев или незаконопослушными иностранными гражданами. Длительное время до ухода на пенсию был полковник Вячеслав Воротынцев заместителем начальника отдела виз и регистраций ГУВД. Среди коллег и знакомых прослыл будущий руководитель охранного предприятия «Кордон» своеобразным Дон Кихотом. Из-за того, что всегда стремился помогать людям на безвозмездной основе. Как говорит он сам: «Это почему-то всегда возвращается сторицей. Я пришел в охранный бизнес позднее многих. И сразу же говорил, что наша задача – быть сверхпорядочными как по отношению к другим участникам рынка, так и к клиентам. Мы должны осуществлять безопасность «с человеческим лицом». По крайней мере, эти принципы исповедуются в Концерне «Русское оружие», созданном вместе с Иваном Сапрыкиным…»
Концерн «Русское оружие» появился совсем недавно, в апреле 2004 года, как объединение не только охранников и продавцов оружия, но и предприятий, которые оказывают широкий спектр жизненноважных услуг предпринимателям – нотариат, аудит, страхование, оформление выезда за рубеж и вопросы, связанные с пребыванием в Петербурге иностранных партнеров. Проще говоря, при обращении в Концерн «Русское оружие» бизнесмену предлагается принцип «одного окна». Для качественного обеспечения охранных услуг и координации деятельности всех входящих в Концерн предприятий в его структуре появился так называемый Центр безопасности. Этот центр, судя по всему, и является спасительным «одним окном», подойдя к которому клиент может обзавестись личной и объектовой охраной, поставить охранно-пожарную сигнализацию и систему контроля доступа, проверить собственный персонал на «детекторе лжи», собрать информацию о конкурентах и, что немаловажно, решить проблемные вопросы с наиболее коррумпированными чиновниками низшего звена.
В составе Концерна работает и охранное предприятие «Кречет», когда-то принадлежавшее авторитетному Руслану Коляку. Прежде чем Иван Сапрыкин и Вячеслав Воротынцев решили совместно приобрести силовую фирму, была проведена тщательная проверка. Выяснилось, что Руслан Коляк, расстрелянный киллерами летом 2003-го года, уже с середины девяностых не участвовал в деятельности «Кречета». А предприятие, по старой памяти, все продолжали считать «проблемным». После того как у «Кречета» поменялись владельцы, правоохранительные органы успокоились и потеряли к нему всякий интерес.
Теперь охранная фирма с соколиным названием обеспечивает безопасность клиентов самого различного профиля, что позволяет Концерну «Русское оружие» расширить свое присутствие на рынке. Ведь его базовая силовая фирма – «Кордон» – традиционно охраняла офисы и обменные пункты кредитных учреждений.
Между прочим, именно Концерну «Русское оружие» принадлежит инициатива привлечь частный охранный бизнес к работе региональных торгово-промышленных палат. Сегодня предприятие является членом сразу двух из них – Петербургской городской и областной Ленинградской, а Вячеслав Воротынцев стал заместителем председателя комитета по предпринимательской деятельности в городской палате. Надо сказать, пример продвижения руководителей Концерна «Русское оружие» в бизнес-кругах оказался заразным. Вслед за ними в Петербургскую торгово-промышленную палату вошла Группа компаний Securicor Okhrana.
Не исключено, что рассматривать предпринимателей не только как своих клиентов, но и в качестве возможных деловых партнеров, частной охране пришлось еще по одной причине. Уже давно не выясняют между собой отношения бандитские «крыши». Предприятия захватываются, базируясь на знании пробелов в отечественном законодательстве. Или с помощью подкупа рядовых акционеров. Или с виртуозным введением процедуры конкурсного управления, когда активы фирмы могут чудесным образом испариться. Иногда к директору приходят вежливые господа с силовым сопровождением и доходчиво объясняют, что отныне все здесь принадлежит им.
Понятно, что бизнесмены нуждаются не просто в том, чтобы на входе круглосуточно дежурил вооруженный крепыш. Приходит некто, называется новым владельцем, предъявляет в подкрепление своих слов соответствующее судебное решение, а заодно и приводит собственного охранника, тут же заступающего на пост. Как избежать недружественного поглощения, перед которым совершенно беззащитна даже вооруженная охрана?
Как-то директор одного петербургского НИИ в растерянности позвонил своему «оперативному прикрытию». К нему в приемную пришли незнакомые люди и в категорической форме попросили практически даром уступить часть институтского здания под бизнес-центр. В противном случае они пообещали провести внеочередное собрание акционеров, сместить руководство и по своему усмотрению распорядиться уже имуществом всего научно-исследовательского института. На следующую встречу с настырными незнакомцами отправился Евгений Климов из охранного предприятия «Альфа-Норд».
Все трое пришедших в директорский кабинет отличались завидным здоровьем и

  • 10 042
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен