Конец лоцманской вольницы

Правительственное постановление №538 упразднило работу негосударственных лоцманских служб в четырех портах стратегического значения: Мурманском, Новороссийском, Калининградском и Санкт-Петербургском.
Правда, до истечения срока лицензий частники могли бы еще работать. Но после публикации постановления они принципиально прекратили всякую деятельность. Для морской администрации порта (МАП) Санкт-Петербург подобный жест “доброй воли” оказался неожиданным. Пришлось в срочном порядке предпринимать контрмеры, так как на подходах к причалам скопилась целая флотилия. Уже через день в недавно организованной МАП лоцманской службе состоялась раздача удостоверений и проводка возобновилась. Оценивая деятельность своих преемников, частники сделали удручающий вывод: если до этого аварийных ситуаций возникало в год около пяти, то отныне их количество увеличится в несколько раз, поскольку нанятые работники лоцманами не являются.
10 августа конфликт перешел в стадию конструктивных переговоров между забастовщиками, представителями Минтранса и аппарата полпреда. В результате большинство частных лоцманов перешли в “государево услужение”. А почему бы и нет? Тем более, правительство, как всегда, обещает, что сохранит морской элите привилегии и назначит фантастическую для державных служащих зарплату в размере тысячи долларов. Чуть ли не больше, чем у Президента страны. С другой стороны, деньги, получаемые с судовладельцев за лоцманскую проводку, стали насыщать не частную казну, а закрома Минтранса.
По всем признакам ситуация разрешилась благополучно. Но есть и недовольные. В первую очередь – компании, убытки которых из-за простоя судов составили в общей сложности около $250 млн. Предприниматели считают забастовку неправомерной. В свою очередь, руководство Ассоциации морских лоцманов России уверено, что содержание постановления противоречит духу российской Конституции, и намерены добиваться восстановления прав в судебном порядке.
<z>До основанья, а затем…</z>
В эпоху развитого социализма лоцманские службы финансировались по остаточному принципу. С развалом Союза они и вовсе захирели, что стало поводом для создания частных некоммерческих организаций. На протяжении десяти лет заработанные средства, по словам Владимира Егоркина – президента АМЛР – тратились, как изначально предусматривалось уставом: на закупку оборудования, катеров, учебных тренажеров, спасательных средств и т. д. В итоге удалось достичь уровня, соответствующего международным стандартам.
К концу 90-х члены Ассоциации обслуживали более 80 процентов грузооборота на морских путях страны. И вдруг службы, до которых чиновникам не было никакого дела десять лет, оказались в опале. Людей пристроили в МАП, а вот техническая база, очевидно, вскоре пойдет с молотка.
<z>Слухами порты полнятся.</z>
Официальная версия “выхода в свет” постановления №538 такова. Четыре вышеуказанных российских порта в экономическом аспекте являются для страны стратегически важными, и безопасность в них должна обеспечиваться от имени государства. 21 августа в интервью программе “Время” заместитель руководителя аппарата правительства России Алексей Волин подтвердил это: “Стратегически важные порты не могут зависеть от желания людей работать или не работать, сегодня лоцманы хотят делать проводку, завтра не хотят... Эта ситуация нетерпимая, и для того, чтобы как раз этого не было, и сделано такое решение… Не секрет, что на той же Балтике есть очень сильная конкуренция между нашими и зарубежными портами. …В ситуации, когда наши лоцманы отказываются принимать суда, и выстраивается очередь на вход в Санкт-Петербург, вполне возможно, что корабли будут швартоваться в других портах в Балтике, в Финляндии…” Однако стоит заметить: забастовка стала следствием правительственного решения, а не поводом для его появления.
Конечно, государственный статус более серьезный гарант, чем желание частника трудиться. Но вот что странно: некий предшественник постановления №538, оснащенный печатями Минтранса, мог получить “одобрение” правительства еще в 2000 году. Тогда в “разрешающем” перечне присутствовали те четыре порта, которые сегодня для частной проводки закрыты. Документ в силу неведомых обстоятельств затормозили. Как полагают в АМЛР, чиновники из Минтранса подсчитали, сколько денег теряет их родное ведомство, и решили отозвать проект, дабы изъять из перечня самые прибыльные порты России. Так что же первично – “стратегическое значение” или меркантильный ведомственный интерес? Например, в Новороссийске еще задолго до постановления Минтранс самостоятельно лишил частных лоцманов работы, передав проводку в руки МАП.
Другие мотивы связывают с антимонопольной политикой. Например, входящее в АМЛР “Общество морских лоцманов Санкт-Петербурга” обслуживало практически весь грузооборот в морском порту северной столицы. Бороться с монополией стоит по разному. Например, создать федеральную конкурентоспособную службу, установить для частников определенные объемы работ... Но посчитали, что проще запретить.
<z>КОММЕНТАРИИ</z>
<z>Владимир Егоркин, президент АМЛР
Винить во всем случившемся следует не лоцманов, а инициаторов постановления из Минтранса. Именно они несут ответственность за остановку грузооборота в порту Санкт-Петербург. Относительно негосударственных лоцманских служб часто распространяются ложные сведения. В одном из интервью заместитель руководителя аппарата правительства господин Волин сказал, что лоцманы не производят отчислений в страховые фонды, и если произойдет авария, то все убытки должны будут возмещать не лоцманы, а Администрации портов. Это абсурд! Никаких страховых фондов ответственности лоцманов не существует. Любая лоцманская служба, будь она государственной или нет, в случае, если доказана ее вина, выплачивает сумму лишь в десять раз большую, чем плата, полученная от судовладельца за лоцманскую проводку. Такое ограничение принято во всем мире.
В последнее время также говорят, что лоцманы, пользуясь акваторией, не платят МАП за поддержание порта в надлежащем виде. Но ведь лоцман является лишь советником капитана. Платить канальные, причальные, маячные сборы и т. д. обязаны судовладельцы.
Другая ложь – мы заламываем цены, и порт становится непривлекательным для захода судов. Во-первых, суммы лоцманских сборов устанавливает государство. А во-вторых, лоцманский сбор в порту Санкт-Петербург в 2-5 раз ниже, чем в европейских портах, и где-то в 1,5-2 раза ниже, чем в соседней Эстонии.</z>
<z>Николай Петухов, начальник агентского отдела ООО “Еврошипинг”
В принципе, до забастовки у нас не было претензий к “Обществу лоцманов Санкт-Петербурга”. Нам все равно, кто будет осуществлять лоцманскую проводку – государственные или частные организации, лишь бы лоцман своевременно поднялся на корабль.
Не знаю, позволяет ли законодательство проводить подобные забастовки. Но заранее никого не предупредили, и нас попросту поставили перед фактом – делайте что хотите. Думаю, постановление правительства нельзя считать форс-мажорным обстоятельством, так как до истечения срока лицензий лоцманы могли бы работать и не нарушать перед партнерами своих обязательств.</z>
<z>Владимир Романов, юрист АМЛР
Те, кто говорят об убытках, наводят тень на плетень. Любой договор предусматривает возникновение форс-мажорных обстоятельств.
В данном случае форс-мажорным обстоятельством стало правительственное постановление №538, запрещающее работу негосударственных лоцманских служб в 4 российских портах. В 2000 году Минтранс уже разработал два проекта постановления правительства. Они не прошли согласования. В конечном итоге появился третий, конечный вариант, который вне регламента, иными словами, вне процедуры согласования – был подписан председателем правительства.
По официальному заявлению Минтранса скоро начнется реформирование портовых администраций, и главным в новой структуре станет федеральное унитарное предприятие Росморпорт, а МАПы будут лишь его филиалами. Следовательно, все портовые сборы будут аккумулироваться наверху. Перед нами очередной спрут, вроде РАО ЕЭС.</z>
<z>Игорь Русу, генеральный директор
ОАО “Морской порт Санкт-Петербург”
Конечно, забастовка Ассоциации морских лоцманов России негативно сказалась на деятельности Морского порта Санкт-Петербург. Дело не столько в финансовых убытках. В течение последних нескольких лет мы стремились всячески упрочить репутацию Морского порта. Забастовка негосударственных лоцманов заставила ряд судовладельцев усомниться в эффективности работы с Санкт-Петербургом, сократилось количество судозаходов. И нематериальный ущерб несопоставим с финансовыми убытками. Последствия забастовки нам придется преодолевать в течение довольно длительного времени, хотя, надеюсь, они не скажутся на основных показателях работы Морского порта.
Ситуация заставляет нас выдвинуть обоснованные претензии к Ассоциации морских лоцманов России. Кстати, одно то, что больше 80% негосударственных лоцманов не поддержали своих руководителей, подтверждает мнение о надуманной причине забастовки. Кроме того, появление правительственного постановления №538, упразднившего негосударственную лоцманскую проводку в четырех российских портах стратегического значения, вполне правомерно, так как в кодексе торгового мореплавания даже есть соответствующий пункт. В нем указывается, что деятельность негосударственных лоцманских служб определяется постановлением Правительства.</z>
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен