<z>Элитный клуб</z>
Членам некой организации, назовем ее, к примеру, «Врачи за милосердную смерть», ни к чему публичность. они предпочитают до поры до времени действовать в тени.
А началось все в далеком в 1984 году. Двое питерских студентов-медиков, Олег Ш. И Владислав Н., готовили реферат на тему «Этика и лечение инкурабельных больных». В процессе работы будущие доктора осознали, что учебник «Этика советского врача», который обязывал медиков бороться за жизнь больного до последнего, им глубоко чужд. Взгляды Д. Кеворкяна, отстаивающего «убийство из милосердия», оказались для них куда более привлекательны. Понятно, в реферат эта их точка зрения не попала, но в студенческой курилке образовалась группа единомышленников, горячих сторонников эвтаназии…
Через несколько лет ребятам представилась возможность претворить свои взгляды в жизнь. 32-летняя Светлана страдала запущенной меланомой, утратила все признаки пола и возраста, потеряла разум и превратилась в сплошной сгусток боли. Чудовищные дозы наркотиков не помогали. Жить Светлане оставалось немного. Вот и решили питерские последователи Кеворкяна облагодетельствовать ее легкой смертью…
Надо сказать, они изрядно рисковали. Дело не только в самом факте убийства. Наркотики на «золотую дозу» (смертельную инъекцию) пришлось добывать весьма заковыристым путем. Но как бы то ни было, в одну из ночей Светлане был сделан «золотой» укол. На утреннем обходе врачи констатировали смерть… Совершая этот акт гуманизма, питерские доктора пошли дальше своего учителя. Если тот заручался согласием больного или, если тот находился без сознания, его родственников, то нашим ребятам это показалось излишним. Более того. Мужа Светланы, который безотлучно дежурил возле постели больной, усыпили, добавив в успокаивающую микстуру изрядную долю снотворного. Чтобы под ногами не путался.
В последующие годы судьба раскидала единомышленников в разные стороны. Олег в 31 год защитил докторскую диссертацию, стал преуспевающим кардиохирургом, чьи заработки не сравнимы с зарплатой рядового врача. Владислав специализировался на военно-полевой хирургии, много работал в различных «горячих точках».
Несколько лет назад, случайно встретившись, бывшие однокурсники возобновили отношения. Они стали регулярно встречаться в профессорской квартире на Мойке. Постепенно к ним стали присоединяться коллеги. Проходившие там беседы имели метафизический уклон. Говорили жизни, о свободе выбора… И постоянно, как эхо, всплывала тема эвтаназии, которою большинство завсегдатаев горячо одобряли.
Не все, конечно, проходило гладко. Кое-кто, послушав подобные рассуждения, уходил, хлопнув дверью. Но это было даже к лучшему. «Чужие» отсеивались, единомышленники оставались. Как-то после ухода очередного возмущенного гостя, обозвавшего собравшихся фашистами, был учрежден этот элитный профессиональный клуб.
О том, что происходит сейчас в клубе сторонников эвтаназии, можно только догадываться. Известно только, что он продолжает функционировать, собрания происходят раз в неделю в той же квартире на Мойке. Слухи ходят разные. Члены «элитного клуба» последователей Кеворкяна уже не мальчики-студенты. Они имеют все возможности как для пропаганды своих взглядов в медицинской среде, так и для их практического воплощения.
<z>Право назначить смерть?</z>
Сколько среди врачей сторонников эвтаназии, точно не известно. Во всяком случае, не так уж и мало. Особенно среди молодых медиков. Начиная с дежурной фразы «это, конечно, вопрос спорный», сторонники «убийства из милосердия» начинают выдвигать аргументы в пользу своей «веры». Тут и метафизические рассуждения о свободе выбора. И ссылки на исторические примеры. Вроде того, что старики в Японии, впав в дряхлость, кончали жизнь самоубийством. И, наконец, экономические доводы. Мол, если денег на здравоохранение постоянно катастрофически не хватает, не разумнее ли сэкономить на безнадежно больных? «Лечить надо тех, кого можно вылечить», — заявил корреспонденту один молодой и самоуверенный врач. Не потому ли пошли в профессиональных кругах разговоры, что закон о запрете эвтаназии стоит отменить? И вот что интересно, для многих согласие больного – это уже, так сказать, пройденный этап. Доктору виднее – кому жить, кому умирать.
Между тем любой опытный врач может вспомнить случаи, когда больной, считавшийся абсолютно безнадежным, выздоравливал. Но дело не только в этом. Современная медицинская этика стоит на клятве Гиппократа. Где есть такие слова: «Я никому не дам просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла». Перешагнув через это положение, мы становимся на очень скользкую дорожку.
Могут возразить: да о чем разговор! Сегодня в бесплатных больницах частенько лечат кое-как, а иногда и вообще не лечат. К сожалению, так. Но уголовное право, например, четко разделяет понятия «действие» и «бездействие». Одно дело – не подать руку утопающему, другое – подтолкнуть его ногой, чтоб не мучился.
<z>Как избавиться от старушки</z>
Эту историю рассказал корреспонденту «Версии в Питере» один врач, убедительно просивший не называть его имени.
«Олег учился со мной на одном курсе. Особыми способностями не отличался, диплом защитил с грехом пополам. И вот недавно я его встретил на Невском. Одет в шикарный костюм, галстук ценой в три моих зарплаты… Словом, поднялся человек. Пригласил он меня в ресторан. Выпили, вспомнили институт. На вопрос, как он дошел до жизни такой красивой, Олег лишь загадочно отмалчивался. Но после второй бутылки раскололся. Оказывается, он нашел себе весьма доходный бизнес. «Представь семью, где лежит парализованная старушка. Болеет она, болеет, всех утомила. Опять же жилплощадь… И вот родственники отстегивают мне некоторую сумму. Я прихожу как врач, делаю ей укол – и все довольны. Старушка, наконец, в рай к ангелам, родственники избавляются от обузы.
— Но это ведь подсудное дело! – опешил я.
— Не смеши. Я ведь врач, могу сделать так, что никто ничего не заметит. Да и кто станет внимательно изучать причины смерти старушки, умершей в кругу семьи? А родственники не стукнут – им ведь вместе со мной придется садиться».
И все-таки пока что большинство врачей держит в рамках намертво вбитая в них «традиционная» этика. А если усилиями господ типа членов названного клуба она рухнет… Между прочим, такое уже было. В нацистской Германии. Где уничтожали сумасшедших, а также тяжелобольных иностранных рабочих. Последних можно было вылечить. Но убить – дешевле.
Представьте – привозят вас в приемный покой, а врачи в сторонке совещаются: «Ну что, лечить будем, или добьем, чтоб не мучился?»