Южный округ: новая метла пока бездействует?

У тех, кто хоть раз бывал в Южном округе, не вызовет особого удивления, если в самое ближайшее время подобные митинги у резиденции полпреда станут ежедневными. На Большой Садовой вполне могут появиться гости из других республик, областей и краев, входящих в ЮФО. Приедут представители политической оппозиции, крестьяне, горняки, вынужденные переселенцы, может быть, даже военные. И, скорее всего, вопрос, с которым придут эти люди, будет один и тот же: когда, наконец, федеральная власть в лице полпреда Владимира Яковлева начнет решать проблемы региона, а не только «обозначать» их во время ознакомительных поездок и совещаний разного уровня?
<z>Затянувшийся шашлык</z>
Когда в Южный округ назначали нового полпреда, особые надежды с его приходом связывали практически все: правящие элиты республик, местная оппозиция, мелкие предприниматели и директора совхозов, пенсионеры в крупных городах и жители горняцких поселков. Во-первых, считалось, что глава государства командировал на юг России именно «своего человека». Петербургское происхождение Яковлева вселяло повышенный оптимизм. Откуда ж людям в Краснодаре, Нальчике и Махачкале было во всех тонкостях разбираться в непростых взаимоотношениях питерца Путина с питерцем Яковлевым на протяжении 90-х годов? Раз президент поставил на округ своего земляка, значит, информация о всех бедах и проблемах будет безотлагательно поступать в Центр, и там столь же быстро будут приниматься меры.
Во-вторых, на Юге просто ждали «новую метлу», которая бы заменила генерала Казанцева, так и не сумевшего стать полноценным президентским наместником в округе. Ведь если в других регионах России полпреды еще могли позволить себе позицию сторонних наблюдателей, отправляющих наверх бравурные отчеты, предоставив при этом рулить губернаторам, то проблемы ЮФО, которые одними местными усилиями не решить, разглядел бы и слепой. Самая высокая безработица в РФ – именно здесь. Здесь же и самый низкий уровень дохода граждан. И, несмотря на фрагментарные успехи в сельском хозяйстве (в промышленности положительных примеров еще меньше), Южный округ находится в глубочайшем кризисе. Таком же, как и в конце 90-х, когда Бориса Ельцина на его посту сменил Владимир Путин. Не в последнюю очередь это объяснялось распространением коррупции, огромной даже по российским меркам.
Упомянутая в начале статьи калмыцкая оппозиция уже давно пыталась объяснить федеральной власти, что новости из ее республики не ограничиваются подробностями шахматных чемпионатов. По ее данным, за десять лет правления Кирсана Илюмжинова поголовье овец сократилось приблизительно в семь раз, производство зерна на две трети, а мяса – до одной десятой от прежнего объема. Из республики уехали почти сорок тысяч жителей. Такие же безрадостные новости приходят из Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, Дагестана. Взаимоотношения руководства этих субъектов с Москвой проходят по общей схеме: лояльность центру в период выборных кампаний в обмен на снисходительное отношение к коррупции и развалу.
Но пока надежды на то, что новый полпред хотя бы продемонстрирует готовность внимательно отнестись к нуждам региона, не оправдались. Владимир Яковлев уже несколько месяцев знакомится с Южным округом, не демонстрируя готовности перейти к делу. Пока деятельность полпреда проходит по одной и той же схеме: визит в республику, выступление перед элитой (с опорой на справку, подготовленную местными чиновниками), разговор с общественностью и аксакалами, неизбежный шашлык. При этом ни окружение полпреда, ни он сам, похоже, стараются не замечать, что существуют более неприятные цифры и данные
Чиновники, доставшиеся Яковлеву в «наследство» от Казанцева, ведут себя как заботливые хозяева, желающие показать гостю свои владения. К тому же появилось и немало новых персон, привезенных полпредом, тоже желающих увидеть все своими глазами (правда, не столько разруху, сколько красоты Кавказа). К примеру, жители отдаленных аулов Карачаево-Черкессии говорили, что таких кортежей, как яковлевский, они не помнят с осени 1999 года, когда от них в Думу выбирался Борис Березовский.
Региональная элита довольна – новый представитель президента, похоже, не собирается критиковать ее за развал в республиках. О том, насколько довольны все остальные, в этих краях спрашивать не принято.
<z>«…Расходится с тем, что я знал, находясь в Москве»</z>
Но сегодняшний Северный Кавказ знаменит на всю Россию не только шашлыками и минеральными водами. Это стреляющий регион. Недавняя трагедия в Ингушетии показала: война, как торфяной пожар, не потушена, а ушла вглубь и готова проявиться в любую минуту.
Ответственность полпреда ЮФО больше ответственности его коллег в других округах; от его деятельности зависит жизнь людей в полном смысле слова. Пусть полпред не руководит антитеррористической операцией, но от него зависит многое. Во-первых, предотвращение причин, рождающих сепаратизм и терроризм. И во-вторых, хотя бы честное информирование президента о происходящем. Путин для того и создал полпредства, чтобы знать правду.
Пока что Яковлев не справляется ни с первой, ни со второй задачей. Во время совещания после рейда боевиков на Ингушетию он продемонстрировал, что даже не понимает, из-за чего воюют на Кавказе. «В последнее время у нас произошло немало хороших событий, а это для террористов – лакмусовая бумажка», – сказал он (видимо, спутав лакмус с катализатором). И тут же добавил, что в регионе высокая безработица и низкая заработная плата, а… «это создает предпосылки для участия граждан в террористических организациях».
Спорить с этим трудно: безработица в Чечне, Ингушетии и Дагестане превышает общероссийскую в несколько раз, что превращает организаторов террора в единственных серьезных работодателей. Но какие меры, хоть как-то отличающиеся от обещаний предшественника, может предложить новый полпред – пока непонятно. Ничего не говорит Яковлев и о другой проблеме, тоже поставляющей кадры террористам, – полном беззаконии. Достаточно пролистать подшивки газет за текущий год, чтобы понять: похищение людей с целью выкупа в той же Ингушетии поставлено сегодня на широкую ногу. Дошло до того, что неизвестными, представившимися сотрудниками ФСБ, на виду поста ГИБДД был похищен старший помощник прокурора Республики Ингушетия Рашид Оздоев. Полпред по своему статусу мог бы остановить этот конвейер, порождающий кровную месть и вынуждающий людей превращаться в боевиков. Но для этого, возможно, пришлось бы поссориться с «силовиками», а Яковлев, судя по всему, предпочитает обходиться без резких движений.
Кремль не может получить от полпреда даже информацию, что же происходит на Кавказе. 22 июня из Ингушетии поступали такие противоречивые данные, что Путину пришлось перед запланированным вылетом во Владивосток посетить республику. «Необходимо было убедиться, как происходили события, увидеть результаты нападения. То, что я увидел, расходится с тем, что я знал, находясь в Москве», – сказал президент.
Российские политологи не раз заявляли, что полпредство как институт было создано с целью усилить контроль Кремля над регионами или хотя бы получать с мест достоверную информацию о происходящем. Но по крайней мере в ЮФО у Путина нет своего «глаза».
<z>Питерская схема для Северного Кавказа</z>
В профессиональных способностях Владимира Яковлева не сомневается никто. Работой на посту губернатора Петербурга он показал, что способен поддерживать жизнедеятельность огромного города, справляться с многочисленными (хотя и мелкими) повседневными проблемами.
Однако ЮФО, и особенно Северный Кавказ, – не то место, где можно ограничиться косметическим ремонтом и устранением неполадок. Это воюющий регион с разваленной экономикой и комплексом социальных проблем. Здесь нужен полпред, способный добиваться своего в спорах с президентами и губернаторами, не робеющий перед силовиками, постоянно контактирующий с президентом. Здесь действительно необходимы самые радикальные реформы и решения, на которые местная элита просто неспособна. Владимир Яковлев этим требования не соответствует.
Происходящее в ЮФО отчасти напоминает 300-летие Санкт-Петербурга. Когда за несколько месяцев до юбилея стало окончательно ясно, что Яковлеву грандиозный праздник просто не по плечу, его устройство было передано федеральному центру. И за два месяца в городе было сделано больше, чем за два года. Кстати, после праздника Яковлев ушел со своего поста, что никого в городе не удивило…
В XIX веке Кавказ считался местом ссылки. Туда отправляли офицеров и чиновников из столиц. Но не под домашний арест, а на работу. Для наиболее деятельных Кавказ становился трамплином для возобновления военной и гражданской карьеры. Относится ли это к Владимиру Яковлеву – пока сказать трудно.
  • 2 777
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен