Ветеранам-инвалидам не хватает даже на еду

Мы привыкли, что всегда должны Родине. А вот как она отдает долги тем, кто положил за служение Отечеству свою жизнь, потерял здоровье или стал инвалидом?

Ветеранов Великой Отечественной осталось меньше 500 тысяч, а еще два года назад было под миллион. Грустная статистика... Ветеранов войны в Афганистане - чуть больше, около миллиона. Самым молодым еще по сорок лет. Но раны и увечья берут свое...

Большей частью «афганцы» выживают сами – от государства поддержки практически никакой. Число нуждающихся в помощи превышает наличие койко-мест. И на этом фоне в Москве оказался на грани закрытия единственный в России частный дом инвалидов войны – так называемый Московский дом Чешира.

Звание лорда – за помощь военным

Организовал его в 1992 году английский лорд Леонард Чешир. Правда, лордом он стал за два года до своей смерти – как раз за заслуги по открытию по всему миру подобных домов (всего их 440!). А во время Второй мировой войны командир эскадрильи бомбардировщиков Чешир совершил более 600 боевых вылетов, в том числе по сопровождению союзнических конвоев в Россию. Когда после войны ему пришлось выхаживать своего штурмана, который стал инвалидом, Леонард озадачился проблемой реабилитации военных, получивших увечья. Так стали появляться Дома Чешира. В самой Великобритании их 206, в Канаде – 43, США – 9, Индии – 9... В России – всего один.

До открытия московского лорд Чешир не дожил самую малость. Инвалидам отдали роскошный особняк на западе Москвы, сразу за МКАД, в Солнцеве. Ухоженная территория, аккуратные коттеджи, рассчитанные на проживание и лечение 20 человек. Немного. Но первый опыт обнадеживал, ведь после завершения войны в Афганистане тогда не прошло и трех лет. На содержание Дома Чешира, построенного на деньги фонда англичанина, были выделены крупные суммы – и Минобороны,и правительством Москвы, и Всероссийской общественной организацией ветеранов «Боевое братство».

Но аплодисменты вскоре смолкли, зачехлили фанфары – Дом Чешира перешел на самовыживание. С 1997 года его благотворительным финансированием занималось лишь «Боевое братство», а у него возможности небезграничны. После кризиса 2008 года дом инвалидов оказался на грани выживания. Ему отдают свои депутатские зарплаты Дмитрий Саблин (Госдума) и Сергей Князев (Мособлдума), всячески помогают генерал Александр Востротин (Госдума) и еще несколько человек. Но этих денег катастрофически не хватает. И вот Дом Чешира... на грани закрытия – долгов набралось выше крыши (его ежемесячное содержание со всем пансионом – более 700 тысяч рублей).

Можно, конечно, вспомнить и про районные больницы, где положение на первый взгляд еще более аховое: где-то штукатурка валится на головы пациентам, где-то не хватает элементарных лекарств. Но сейчас мы говорим о тех, кто потерял свое здоровье и получил увечья на службе Отечеству. Родина, похоже, про них забыла. И шанс на их выживание и адаптацию – только в благотворительной поддержке.

Бессменный руководитель Московского дома Чешира генерал Юрий Науман разводит руками: «Финансовые дела дома на грани краха. Русский бизнес не считает за правило хорошего тона жертвовать на благотворительность. Государство на нас вообще внимания не обращает. Под словами «на нас» я в первую очередь имею в виду всех бывших военных-инвалидов».

Мы своих не бросаем

Генерал Науман для Московского дома Чешира – личность легендарная. Многие из его подопечных называют Юрия Ивановича папой. Он сам подбирал ребят по госпиталям и устраивал их жизнь – более полутора тысяч человек прошли через его руки и нашли свое место в жизни.

Особенность дома – это не приют и не санаторий. Здесь не просто лечат – здесь ставят на ноги. Дают возможность получить образование, адаптироваться в окружающем мире. Здесь категорически запрещен алкоголь, нельзя курить и ругаться матом.

Сегодня в доме Чешира живут большей частью ветераны чеченских войн, «афганцев» осталось мало. Есть моряк, спасший от пожара атомную подлодку Северного флота в 1992 году и получивший большую дозу радиации. Здесь его называют Игорем для простоты общения. Это Интиган Бабаев из Азербайджана. Сейчас он успешно учится в Академии труда и соцотношений.

Еще один из обитателей дома – Максим Бойков. В 20 лет он потерял в Чечне обе ноги, долгое время проходил лечение в 6-м госпитале Минобороны, а потом его нашел генерал Науман и забрал в Дом Чешира. Здесь Максима выхаживала медсестра Настя, которая влюбилась в своего пациента, они решили пожениться. Мама Насти (к слову, офицер ФСБ), посмотрев на безногого парня, заявила: «Только через мой труп!» Девушка ответила: «Тогда мой труп будет лежать рядом!» Мама сдалась... Сейчас Максим учится на 3-м курсе юрфака, Настя – на финансовом.

Один из первых выпускников – Сергей Бережной. Жена Татьяна, кубанская казачка, родила ему двоих сыновей. Сейчас они занимаются бизнесом в Краснодарском крае. Был случай – украли автомобиль «Газель» с ручным управлением. Генерал Науман дозвонился до губернатора края, рассказал о проблеме – через неделю Сергею подарили новенькие «Жигули» от администрации, тоже с ручным управлением.

Валентин Муравьев, спецназовец из 2-й бригады ГРУ, уехал из Дома Чешира еще до окончания курса обучения в Академии труда и соцотношений – дома, в городе Колпино под Питером, требовалось его присутствие. А там у родителей – однушка в общежитии семейного типа. Депутат Заксобрания Петербурга, бывший «афганец» Игорь Высоцкий, возглавляющий региональную организацию ветеранов «Боевое братство», пробил для семьи Муравьева квартиру в центре города. Комментируя этот факт, генерал Науман загадочно улыбается: «Мы своих в беде не бросаем. Не оставляли на войне, не оставим и в мирной жизни».

Один из новичков дома – Дмитрий Прудников. Его судьба – отголосок недавней войны с Грузией. В августе 2008 года старшина контрактной службы из Перми участвовал в боях на окраине Цхинвала, а затем со своим подразделением выдвигался в сторону грузинского Гори. Момент ранения не заметил – очнулся под брюхом БМП, рука уже была в клочья. После Госпиталя Бурденко был взят на попечение Дома Чешира – учится на заочном отделении, а живет в Москве, воспитывает двух дочек.

Завтрак отменили

– Мы оказались на грани вымирания, – сетует Юрий Науман. – Куда только я не писал письма с просьбами о помощи! Откликнулся Патриарх Кирилл – приехал его представитель Всеволод Чаплин. Посмотрел на наш Дом и сказал: «Никто в России, кроме вас, этим не занимается. Почему государство не интересует проблема инвалидов военной службы?» Вопрос повис в воздухе.

Впрочем, помощь дому в некоторой степени возобновилась. После письма Патриарха в правительство Москвы от Департамента соцзащиты было выделено 8 миллионов рублей (половина ушла на погашение долгов по зарплатам сотрудников), еще 10 млн. обещано на следующий год.

Помочь однополчанам – святое дело. Собственно, с этого и началась история создания Домов Чешира по всему миру. Может, как некий укор государству, которое быстро забывает о своем долге перед защитниками, получившими увечья, отдавая долг своей Родине...

Недавно в доме инвалидов пришлось пойти на крайние меры – питание стало двухразовым. На трехразовое денег не хватило...

Виктор Сокирко, «Комсомольская правда»

 

 

 


 

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен