Шиес: «глубинный народ» на вахте

Как живёт лагерь защитников Русского Севера от грандиозной свалки? Политический и экологический активист Александр Раймонди рассказал «Конкретно.ру» о своей поездке в протестный лагерь на Шиесе, а также о других популярных «зелёных» темах – противодействии питерских чиновников в раздельном сборе мусора, подростке-трибуне Грете Тунберг и преимуществах советской упаковки над современной.
29 октября 2019 года полиция ликвидировала один из постов защитников региона Шиеса от строительства гигантской свалки – «Переправу» близ села Межег. Небольшой вагончик, где жили экологи, признали незаконной постройкой (хотя законность самих планов по созданию мусорного полигона под большим вопросом) и эвакуировали с затопленной печкой и на спущенных колесах. 
«Переправа» находится на кратчайшем пути от Сыктывкара до места событий: станция Шиес всего в 170 километрах, и пост мешал силовикам снабжать находящихся там сотрудников ЧОП и полиции всем необходимым. Активисты же могли с его помощью контролировать перемещения техники и живой силы «условного противника». Послужит ли это прелюдией к штурму основного лагеря – вопрос. Пока что, несмотря на наступление холодов, он продолжает функционировать.
Планы по сооружению крупнейшего в Европе мусорного полигона в Архангельской области стали катализатором протестов, которых Русский Север ещё никогда не видел. Начиная с минувшей зимы многотысячные митинги проходили в Сыктывкаре и Северодвинске, Архангельске и Котласе. Точечные репрессии в отношении организаторов с огромными штрафами, административными и уголовными делами не помогли. А на самой станции Шиес стихийно сложился лагерь экоактивистов, которые находятся там на постоянной основе, намереваясь не допустить строительных работ. 
Пик протестной активности пришелся на начало лета, когда в поддержку северян прошли акции в обеих столицах и многих российских городах, а в лагере одновременно находились сотни людей. После того как из социологических опросов стало известно, что резко против вывоза московского мусора выступают более 90% жителей региона, на проблему обратила внимание верховная власть. Президент Владимир Путин поручил мэру Москвы Сергею Собянину и архангельскому губернатору Александру Орлову до 1 сентября найти способ решения проблемы «с учётом мнения местных жителей». Однако затем начались московские протесты, отодвинувшие Шиес на второй план в информационном плане, и тему «замылили»…

Коммунары архангельских болот


–Какими путями активисты попадают на Шиес?

– По-разному, кто-то на машинах, на попутках, кто-то на поездах. На самом Шиесе остановку ещё весной отменили, поэтому желающие попасть в лагерь едут до соседней Мадмас. Там, если заранее договориться, тебя встретят местные на уазике-буханке и доставят на место. 

 Каковы бытовые условия в лагере?

– Лагерь, с которого мониторятся передвижения транспорта и людей в окрестностях, расположен прямо возле станции, на горе из щебня, который предназначался для «свалочной» железнодорожной ветки. Имеются также посты «Баня», «Переправа», «Костёр». Информацию о подъезжающей технике или переброске силовиков оперативно получают от жителей близлежащих поселков. Хотя со связью там так себе, только на возвышенности ловит МТС. Когда включают генератор, то появляется возможность по вайфаю выйти в сеть.
На Шиесе провозглашена коммуна, все равны между собой. Если кого-то можно назвать руководством, то это люди, которые дольше всех там находятся. Решения принимаются коллективно на собраниях. Никаких привилегий: все вместе ходят за водой, в лес за дровами, топят печки, готовят. В лагере жёсткий сухой закон. Рассказывали про ситуацию, когда у одного из старых шиесовцев обнаружили алкоголь, и ему пришлось покинуть лагерь, несмотря на заслуги. 
Летом народу здесь было много, сотни людей, сейчас меньше. Основную массу составляют местные, северяне. Как правило, это мужики 40-50 лет и старше. У всех в основном работа, семьи, поэтому приезжают набегами – на выходные, на несколько дней. Привозят нужные для лагеря вещи, забирают мусор, который, кстати, там раздельно собирается.

– А каковы политические взгляды у обитателей лагеря? Официозные СМИ писали, что чуть ли не майдан там собрался… 

– Местные в основном аполитичны. До всей этой ситуации кто-то, может и поддерживал Владимира Путина, и голосовали за него, ведь, как это часто бывает у нас в стране, до определенного момента люди могут каких-то негативных вещей не замечать. Зато теперь у людей отношение к власти очень изменилось. Они терпеть не могут и полицию, и чоповцев, и губернатора Орлова. Власть сама себе уничтожила репутацию в регионе фактически на пустом месте. 
Среди приезжих есть ребята из разных организаций и взглядов – от родноверов до православных, от троцкистов до нацболов. Я встретил в лагере пару молодых поляков, на которых всё это произвело неизгладимое впечатление. То, что в одном месте правые и левые борются ради общего дела, для них невозможно. В Европе это противостояние гораздо жёстче, чем в России.
Я бы провел аналогию, что Шиес – наш новый Донбасс. Во-первых, изначально это низовое движение. Люди не приняли то, что им хотят навязать. В Донбассе не приняли киевский русофобский переворот, а на Шиесе – свалку, о которой никого не спрашивали. Во-вторых, контингент. Люди знают, что делают одно общее дело. Такое чувство единения – это очень здорово. 
Ещё рассказывали случаи, когда кто-то приезжал и начинал свою повестку агрессивно толкать. Двое каких-то леваков стали приставать к людям с вопросом «чей Крым?» И, услышав ответ «Наш», стали клеймить обитателей лагеря «ватниками», а когда их выгнали, стали писать в сети, что там сидят «путиноиды». Причём сами они ничего не делали, по хозяйству не помогали. 
Или был случай, когда представители одной парламентской партии приехали, поставили флаг, раздали футболки с изображением своего лидера, ручки, и в тот же день уехали. Эти футболки в итоге используют как поддевки и в хозяйственных нуждах. Голый пиар там никому не нужен.

– Как ведёт себя противоположная сторона  – чоповцы и полиция? Что они вообще там охраняют?

– Законных оснований находиться на Шиесе у чоповцев нет никаких, ведь проект так называемого «экотехнопарка» приостановлен. Но есть интересы крупного капитала, уже вложившегося в этот проект, который сдаваться не хочет. Закон здесь вообще никакой роли не играет. 
По большому счёту, чоповцы охраняют постройки, где сами живут. Даже для того, чтобы привезти им топливо, приходится проводить целую спецоперацию, свидетелем которой я был 23 октября. Были перекрыты трассы, отключено электричество в Урдоме, чтобы жители близлежащих населённых пунктов не пришли на подмогу и не могли узнать о том, что происходит на Шиесе. В итоге бензовозы и КАМАЗ, сделав огромный крюк в 300 километров через Виледь, чтобы миновать ликвидированный сейчас пост «Переправа», при поддержке ОМОНа прорывались через железнодорожные пути, по шпалам.

 ОМОН местный или из других регионов?

– Говорили, что из Сыктывкара. Формально это другой регион – Коми, но Шиес гораздо ближе к Сыктывкару, чем к Архангельску или Северодвинску. Местные рассказывали, что многие полицейские и чоповцы бросали это дело, увольнялись. Была ситуация, что с Архангельска должны были поставлять топливо на вертолётах, но пилоты отказались это делать. 
Вообще очень чувствуется солидарность всех местных по данной теме. Я ещё по дороге видел и людей со значками «Стоп Шиес» в Котласе или в популярных у защитников жёлтых плащах в Урдоме. Все проезжающие поезда в поддержку сигналят, пассажиры из окон машут. В общем, реальное впечатление, что глубинный народ (по выражению помощника президента Владислава Суркова) вышел на протест. 
Наверное, поэтому и не решаются на силовой разгон лагеря. Разумеется, сил у властей для этого достаточно. Но, учитывая настроения в регионе, мобилизационный потенциал весьма высок, и в ответ тысячи людей приедут сюда. Причём далеко не столичных хипстеров. 
Думается, что их цель – взять лагерь измором. Ждут, что люди замёрзнут и сами уедут. Однако местные в любом случае не сдадутся. Печки есть, в палатках тепло. 

Раздельный сбор – не для наших людей?


 Можно понять чувства северян, которые не хотят видеть гигантскую свалку в своём регионе. Но некоторые эксперты высказывались, что опасность «экотехнопарка» в не сильно населённой местности преувеличена. Вон многомиллионные Москва с Подмосковьем, да и Петербург с Ленобластью от мусора задыхаются…

– По сути Шиес – это болото, оттуда идёт много истоков рек и различных водных артерий, которые в итоге могут быть загрязнены. Брикеты, в которые собираются упаковывать мусор, это не решение проблемы. Так или иначе, будут вредные вещества выделяться. 
У нас есть пример Волоколамска в прошлом году, где дети отравились. Эту свалку должны в 2020-ом году закрывать, и понятно примерно, куда её планировали переместить. А делать свалку в одном месте, потом переносить в другое – это не выход. 
Если брать Петербург, то нельзя сказать, что у нас нет мусороперерабатывающих заводов. Заводы есть, их загруженность порядка 40%, то есть даже меньше половины. Нужно вводить систему раздельного сбора мусора и сокращать производство пластиковой упаковки.
Тут главное – начать. Я регулярно хожу на акции по раздельному сбору. Туда приходит много народу, причём не только молодёжи, но и пенсионеров. Но держится это на волонтёрах, а чиновникам глубоко наплевать
Я уже третий год веду переписку с администрацией Московского района в лице замглавы Клевцова и управляющей компанией ЖКС №2 в лице гендиректора Смольнякова (есть в распоряжении «Конкретно.ру» – ред.), пытаясь добиться, чтобы поставили контейнеры для раздельного сбора, хотя бы для пластика. Мне ответили, что, мол, они раньше были, но никто не пользовался, и раздельный сбор – не для наших людей. Но на деле контейнеров-то никаких не было! Практически на весь Московский проспект один контейнер для пластика, так и его не так давно убрали. 
Администрация в свою очередь пообещала сперва, что в конце 2018 года поставят контейнеры, потом – в конце 19-го, и теперь перенесли это на 22-ой год в связи с мусорной реформой. То есть, просто чтобы поставить контейнер и увозить его содержимое на уже существующий завод им нужно 5 лет!

– Как вы относитесь к обретшей всемирную известность юной шведской экоактивистке Грете Тунберг?

– К самой Грете вряд ли можно иметь совсем негативное отношение, но другой вопрос, что много людей занимается экологией, но мало кто имеет такую раскрутку. Её сделали символом, начали носить на руках и чуть ли не боготворить. Много в мире экологов, но многие ли могут выступить с трибуны Европарламента или ООН? 
Вот показали девочку, говорящую про глобальное потепление, а что дальше? Остановятся ли те же корпорации, производящие пластиковые бутылки и целлофановые пакеты? Нет. Им десятки лет было плевать на экологию. Они что – не знали про острова мусора в океане?

Существует точка зрения, что и Грету с её популярностью, и вообще экологическую тематику западные элиты могут использовать как таран против нашей страны. Вы согласны? И может ли Россия что-то предложить в качестве альтернативы?

– Как таран это вполне может быть использовано. Нам говорят, какая Россия, мол, нехорошая, неэкологичная. Но посмотрите на многие страны Европы, ту же Венгрию. Гуляя по Будапешту, я видел всего несколько контейнеров для раздельного сбора, зато множество заваленных мусором улиц с бомжами. Европа сама находится в упадке. Миграция свою долю в это вносит. Противостоя этому лицемерному тарану, для России было бы правильно пойти в авангарде борьбы за здоровую экологию. 
Та же мусорная сфера должна жёстко регулироваться на уровне государства. Интересы страны и народа выше прибылей каких-то компаний. Хотя бы возврат к давно знакомым ещё по временам СССР вещам – упаковке из бумаги и стекла вместо полиэтилена и пластика… В общем, что бы многие защитники природы ни говорили, всё-таки экология сейчас – момент реально политический.

Беседовал Сергей Коршунов, «Конкретно.ру», фото из открытых источников
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен