Путин «осталинился» из-за англо-саксонского ига

Военный эксперт рассказывает, каково состояние с модернизацией ВС РФ, почему Путин критикует Ленина и хвалит Сталина, правдивы ли опасения, что Кремль сдает Донбасс и прогибается под новые власти Украины, зачем нам дружба с Турцией и возвращение в Африку и Латинскую Америку. Корреспондент «Конкретно.ру» выслушал военно-политические итоги 2019 года от Владислава Шурыгина
 

 

Кроем вероятного противника как бык овцу?


 На итоговой коллегии Минобороны президент Владимир Путин поставил задачу довести долю современных вооружений по разным родам войск до 70% к концу 2020-го года. Насколько вообще декларируемая модернизация российской армии соответствует реальности?

– Это абсолютно реально, потому что все последние годы задачи по наращиванию доли новой техники выполнялись. Сейчас 65-67% по разным родам войск и задача выйти на 70% вполне реализуема. Фактически сегодня – к моей радости – впервые с советских времен мы имеем вооружённые силы, соответствующие всем мировым стандартам. А по ряду направлений мы даже опережаем наших вероятных противников, в том числе по тем, которые считались для нас критическими. 
В советское время у нас всегда были проблемы с электроникой, со средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ), с высокоточным оружием – этим занимались меньше, рассчитывая на такую большую, массовую войну. Сегодня мы действительно по целому ряду направлений кроем вероятного противника как бык овцу. 
Например, по средствам РЭБ у нас никто даже рядом не приближается, по высокоточному оружию очень серьёзные прорывы, есть новые типы вооружений, такие как гиперзвук, чего ещё толком в мире ни у кого нет. Имеются новейшие ракетные системы, и по крылатым и баллистическим ракетам. 

 Однако если говорить о вероятных противниках, военный бюджет США на 2020 год составляет более 750 млрд долларов и в 16 раз превышает российский. Насколько в таких условиях можно говорить, чтобы кого-то покрыть как бык овцу?

– Здесь есть несколько нюансов. Прямое сравнение военных бюджетов не является репрезентативным и не выявляет реальное состояние вооружённых сил. Например, Саудовская Аравия тратит на вооружение громадные средства, но при этом её армию сложно назвать по-настоящему боеспособной. Здесь нужно смотреть структуру расходов.
Во-первых, Америка тратит громадные средства на поддержание целой цепи своих баз по всему миру. Она расходует громадные средства на содержание Военно-Морского флота. В бюджете США совершенно другие расходы на всё, что связано с пенсиями, социалкой или скажем логистикой, содержанием армии. Там совершенно другая структура закупок. То, что у американца стоит 100 млн, в России будет стоить в два раза меньше. 
Поэтому здесь вопрос не в том, сколько у них и сколько у нас, а в том, сколько за эти деньги получают они и сколько мы. США при таком громадном бюджете находятся в очень серьёзном кризисе по состоянию боевой авиации. Проект F-35, в который они вложили в общей сложности боле 700 млрд долларов, очевидно, не может выбраться из своих детских болезней. И даже если выберется, это будет не тот монстр, который обещали. Вместо монстра получился калека. И американцы даже вынуждены возвращаться к закупкам своих модернизированных истребителей F-15, хотя они официально похоронили этот проект ещё 10 лет назад. Это, конечно, не значит, что мы опередили США. Никакого ура-патриотизма тут быть не может. 
Смотреть нужно, скорее, на процент военных расходов от ВВП. Любая страна может тратить без ущерба для экономики от 3 до 4 – 4, 5% на оборонку. Это нормально, как бы ни визжали наши либеральные друзья о том, что мы отрываем деньги от больниц и школ. Это мировая практика. 
Мы, вкладываясь в эти проценты, получаем довольно современные вооружённые силы, которые гарантируют безопасность в условиях очень непростой ситуации англо-саксонского ига, когда большая часть современного мира находится под контролем англо-саксов. И от югославского, ливийского, сирийского варианта нас страхуют современные вооруженные силы. Это та крыша, под которой мы можем спокойно развиваться и строить свой дом.

 Вы упомянули военные пенсии в США. А вот в России президент подписал указ о продлении заморозки военных пенсий…

– Несмотря на всю критику принятого Госдумой закона, который ещё на два года замораживает индексацию военных пенсий, это произошло и не может не печалить не только меня, но и всех военных пенсионеров. Получается, что нас просто – говоря по-русски – грабят. 
Напомню, ещё во времена Бориса Ельцина было принято решение об ограблении военных пенсионеров, поскольку они официально якобы очень много получили. И из своих начисленных пенсий мы на тот момент получали только 50%. После этого было сказано, что по мере развития экономики и укрепления страны проценты будут добавляться. Чтобы выйти к 2015-му, кажется, году на те 100%, которые положены каждому военному пенсионеру. 
Но в итоге мы дошли до 72%, и на этом всё остановилось. Видимо, армия как самая сознательная часть общества должна расплачиваться за нехватку денег в нашем бюджете. Это, безусловно, не добавит авторитета власти и уважения к ней у служивых людей. 

Ситуация 1935-36 годов перед Путиным стоит в полный рост


 Путин в последнее время часто обращается к советской истории. Критиковал Владимира Ленина, который якобы заложил бомбу под государство во время образования СССР. Вы согласны?

– С точки зрения сегодняшнего дня, да, выглядит так, что решение Лениным и Совнаркомом межнациональных вопросов и создание СССР как федерации различных национальных государств и федеративной РСФСР выглядит вроде как заложенный порох. Но в исторических реалиях того периода всё было совершенно иначе. 
Собрать республики на основе полной утери уже полученного ими суверенитета было просто невозможно. Это уже потом, когда СССР был силён и мощен, можно было попробовать эту мину как-то обезвредить. И это пытались сделать. Но сам вирус национализма остался, он взорвался в 91-ом году, а потом его пытались подорвать и внутри России. В общем, на мой взгляд, не совсем корректно обвинять Ленина, что он заложил эту бомбу. Другого варианта тогда не было. 

 А вот Иосиф Сталина, с другой стороны, в последнее время Путин хвалит. Пересмотрел свое отношение к пакту Молотова-Риббентропа, который ранее критиковал и называл позорным…

– Можно предположить, что Владимир Путин – великолепный манипулятор, который живёт в соответствии с политическим моментом. Но, наблюдая его два с половиной десятилетия, мне кажется, что президент всё больше и начинает ощущать себя как личность, принадлежащую истории. 
Для него не важны сегодня какие-нибудь счета заграницей и благополучие его правнуков (что конечно тоже существует). Для него важно, как он войдёт в историю. Поэтому Путин политически взрослеет. Оказавшись в ситуации жесточайшего внешнего давления, он вдруг неожиданно для себя «осталинился». Оказался в роли того самого Сталина, которого в благополучных и сытых нулевых осуждал. 
Были иллюзии, что можно договориться, сегодня ясно, что никто с нами договариваться не собирается. Ситуация 1935-36 годов перед Путиным стоит в полный рост. Он для себя мучительно ищет вопросы, кто же он в истории, и поэтому обращается к Сталину. 

 За что мы, наверное, должны сказать спасибо уважаемым западным партнёрам…

– Мы можем только поблагодарить их за то, что так много работают над тем, чтобы Россия исторически стала самой собой.

РФ не сдаёт Донбасс, но сдавливает ему горло


 Вы осенью были в Донецкой народной республике. Какие там сейчас настроения?

– Главная проблема Донбасса – громаднейшая усталость от бесконечного неопределённого статуса. Он всё больше превращается в такую мёртвую планету, где не могут заработать никакие законы. Экономика с одной стороны отрезана от Украины, а с другой не интегрирована с Россией. Потому что РФ демонстративно соблюдает все международные правила и тем самым сдавливает горло, которым дышит Донбасс. 
Это связано с тем, что сложно найти работу, средняя зарплата не превышает 10 тысяч, пенсии – 4-5 тысяч рублей. От всего этого люди страшно устали, им хочется в Россию. Как временная анестезия, решение по раздаче российских паспортов поддерживает их, но всё равно пока не будет решен вопрос о статусе и РФ не начнёт коммуницировать с Донбассом как с самостоятельной экономической и административной единицей, ничего не изменится.
С другой стороны, настроение спокойное. Все понимают, что Россия никого сдавать не собирается, никаких победных заходов Украины не будет. Стали чуть-чуть меньше стрелять, но напряжение на линии фронта по-прежнему сохраняется.

 Та идея большой Новороссии от Харькова до Одессы, которая вдохновляла многих в 2014-ом году, полностью ушла или возможно её возрождение в будущем?

– Эта история, к сожалению, закрыта. Мы упустили время, прежде всего потому, что не занимались Украиной 30 лет. Мы совершенно оказались не готовы к ситуации 2014 года, судорожно и спорадически реагировали на происходящее. 
Когда после начала боевых действий сложилась ситуация полного разгрома ВСУ и возможности глобального изменений украинских границ, момент был упущен. Не смогли закрепить ситуацию двоевластия, когда сбежавшего Виктора Януковича надо было не тихо прятать в Ростове, а в одном из городов – хоть в том же Донецке – объявить о параллельном правительстве и непризнании киевской власти, что полностью бы связало Запад в поддержке того, что происходило на Украине. Это не было сделано в силу субъективных прежде всего причин – влияния тогдашнего главы Администрации Сергея Иванова на эту ситуацию и навязывание его политических оценок руководству. 
В ту пору возобладала линия на признание новой власти, и что сможем с ней как-то договариваться. Чем это закончилось – знаем. Сейчас пытаться реабилитировать этот проект абсолютно наивно, хотя там, безусловно, нужно работать, заниматься пропагандой и просвещением, сохранением русского ядра. 

 Наметившееся некое потепление между Россией и Украиной, разведение сил в Донбассе, заключение контрактов по газу с миллиардными скидками, на ваш взгляд, выгодно нам или это скорее прогиб перед Киевом и его новыми властями?

– Я не вижу никакого серьёзного потепления. Есть очень осторожная и робкая попытка сдвинуться с состояния холодной войны, в котором мы находимся. 
В принципе это не нужно никому. Нам – потому что мы позволяем Западу и США всегда иметь козырь против и источник постоянного напряжения на нашей границе. И создавать серьёзные «траблы» нашей экономике. В общем, это попытка перейти от состояния холодной войны к мирному сосуществованию, как говорили в 1970-е.
Что касается наших уступок, есть несколько версий, и я не выбрал для себя какую-то одну. С одной стороны, мы так или иначе поддерживаем Владимира Зеленского. Потому что, возвращаясь к газовым контрактам, заблокировано строительство Северного потока-2 минимум на 6-7 месяцев. И контракт, который подписан, гарантирует быстрое прохождение газа в Европу независимо от того, будет включен СП или нет. 
Это ударяет по попыткам американцев заменить наш газ поставками своего сжиженного. В общем, с точки зрения экономики, это как-то можно оправдать. С другой стороны, всё, что делается в поддержку нынешней украинской государственности, в геополитическом смысле для нас невыгодно. В общем, ситуация противоречивая. 

То, что мы делали с ЕС, парализовано, нужно искать другие рынки и союзников


 Россия сегодня плотно сотрудничает с Турцией и в Сирии, и по поставкам вооружений. Но президент Реджеп Эрдоган  весьма специфический партнер. Можно вспомнить и гибель нашего пилота в 2015-ом, и что сейчас в ливийской гражданской войне мы наоборот поддерживаем разные стороны. Не слишком ли опрометчиво делать ставку на такого «друга»? 

– Ситуацию описывает старый принцип – «у Англии нет постоянных друзей и врагов, а есть постоянные интересы». В глобальном смысле, в отличие от ситуации XVIII-XIX веков, у нас нет прямой необходимости враждовать с Турцией. Мы уже давно с ней не воевали, у нас не было существенных причин, чтобы сталкиваться. Прямой конфронтации нужно избегать в обязательном порядке. Потому что сегодня в условиях конфликта с англо-саксонским миром получить противника ещё и на южной границе – чрезвычайно дороге удовольствие.
Пересечение интересов сегодня у нас только в Ливии, где Турция поддерживает правительство Фаиза Сарраджа, а мы оказываем консультации маршалу Халифе Хафтару. Но мы не являемся людьми, которые Хафтаром управляют. За ним стоят саудиты и ещё несколько стран, которые действительно являются стороной конфликта. Мы же занимаемся там только обучением. Там находятся наши инструкторы, которые просто обучают ливийцев военному делу и современным вооружениям. 
Как экономический союзник Турция для нас – большая удача. Она игнорирует американские санкции, есть целый ряд экономических интересов, которые совпадают. Но есть и разница в политических интересах. Эрдоган – человек, который мечтает восстановить Великую Порту образца XVII века, стремится к воссозданию Турецкой империи в политическом смысле. Для нас это вызов. Но в этом случае всегда можно договориться о разделе сфер влияния, как мы это и делаем в Сирии. 

 Вы резко критиковали журналиста Дениса Короткова, раскрывшего личные данные бойцов ЧВК «Вагнер», воевавших в Сирии. Сейчас вот в продолжение опубликовано расследование о пытках и казни одного из пленных ИГИЛовцев, предположительно, как раз бойцами ЧВК. А что же СМИ, раскопав важную информацию, должны помалкивать в тряпочку?

– То, что сделал Коротков – глубоко аморально. Любая силовая структура, является она государственной или негосударственной, так или иначе погружена в большое противостояние. И когда ты вытаскиваешь имена и адреса людей, которые заграницей участвуют в каких-то операциях, то это является профессионально нечистоплотным действием. 
Я всё-таки в военной журналистике больше 30 лет, в моих руках побывали сотни различных баз данных, имён, информаций, фамилий. Почему, например, раскопав информацию, не взять и не засветить фамилии лётчиков, которые когда-то уничтожили Джохара Дудаева? Казалось бы, люди получили звание Героев, выполнили боевую задачу… Очень соблазнительно это всё – стать журналистом, который это раскопал и выдал в эфир. Но потом может серьёзно осложнить жизнь тем людям.
Если мы говорим о видео, на котором запечатлена казнь ИГИЛовца, и всё это соответствует действительности, то конечно таких людей необходимо судить. Я понимаю, почему журналисты это дело раскопали, но даже в этом случае нужно понимать, что оглашать на всю страну их данные и адреса – неправильно. Можно написать: «редакция располагает всеми данными людей, изображенных на видео и готова передать их следственным органам». 

 Мы видим усиление российского присутствия  как экономического, так и военного (в виде тех же инструкторов или бойцов ЧВК)  на других континентах, в Африке, в Южной Америке. Зачем нам это? Не лучше сконцентрироваться на том, что происходит у российских границ, где далеко не всё в порядке?

– Ответ очевиден. Мы 25 лет пытались сосредоточиться именно там, где вы говорите. Ушли из Латинской Америки и Африки, развивали отношения с Европой и ближайшим окружением. Сегодня в условиях англо-саксонского ига это всё не работает. То, что мы делали с ЕС, парализовано, находится под санкциями, не имеем там больше нормальных рынков, о которых нам вещали. Есть жесткое тоталитарное давление, которому Европа откровенно поддается. 
Поэтому нужны другие рынки, на которых мы можем продавать, покупать, делать деньги и повышать наше политическое влияние, чем все последние годы занимается тот же Китай. Поэтому возвращение в Африку и Латинскую Америку, в том числе и в военном аспекте, – жизненно важная политика, которая направлена на наше будущее.

Беседовал Андрей Дмитриев, «Конкретно.ру», фото из отрытых источников
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен