Жильцы хотят бесплатно получить квартиры в доме, который, по словам президента ЗАО «Цепрусс», построен за счет прибыли в 1993 году и является собственностью этого предприятия

 

 

«Хотим бесплатно»

 

Этот дом на улице Менделеева, хорошо заметный с проспекта Победы, на прошлой неделе стал одной из главных тем новостных выпусков. Жильцы протестовали против установления платы за найм, клеймили всех и вся, упоминая модную сейчас фамилию «Саакашвили»

9 сентября у здания правительства области на Дмитрия Донского, 1 состоялся пикет, обративший на себя внимание федеральных и областных властей. В объективы телекамер смогли изложить свои мнения все: инициативные жильцы дома с улицы Менделеева, чиновники, депутаты, правозащитники, общественники. Не хватало мнения только одного действующего лица — собственника этого дома преткновения. О сложившейся ситуации «Дворник» поговорил с Алексеем Овчинниковым, президентом ЗАО «Цепрусс»:

– Почему вы не даёте приватизировать квартиры?

– Понятие «приватизация» в данном случае неприменимо. Этот дом — частная собственность предприятия ЗАО «Цепрусс».

– Которая была государственной?

– Это заблуждение. Дом был построен на деньги «Цепрусса» за счёт прибыли в 1993 году. Понимаете, это здание не попало к нам в результате приватизации. С 1991 года «Цепрусс» – негосударственное предприятие.

– Но люди просят вас о приватизации?

– Да. И я терпеливо им всё разъясняю. Вероятно, находятся юристы, которые подпитывают такие просьбы людей, может быть, собирают с них деньги на будущие судебные процессы.

– Разве против «Цепрусса» не поданы иски по поводу дома на Менделеева?

– Нет никаких исков.

– А что есть?

– У меня есть несколько обращений от жителей дома с желанием выкупить квартиры.

– По какой цене?

– Цену предложил «Цепрусс». 500 долларов за квадратный метр.

– За метр?

– Да-да. Вы не ослышались. За квартиру в этом доме получается 15-16 тысяч долларов. Цена ниже рыночной, учитывая, что дом комфортабельный, и все квартиры, хоть и малометражные, но со всеми удобствами.

– И жильцы смогут купить по этой цене?

– В принципе, да. Но каждый случай мы готовы рассматривать индивидуально. В этом доме живёт женщина, которой мы поможем. Она — мать-одиночка. У неё взрослый сын, он получил в детстве трамву, которая сделала его инвалидом. Было принято решение отдать ей квартиру за символическую плату. Наверное, за 1 рубль.

– А для чего вообще в 1993 году строился этот дом?

– Для дополнительного стимулирования своих сотрудников. Многие сотрудники отработали долго и ушли на пенсию. А кто-то три месяца поработал и уволился. Большинство жильцов – бывшие сотрудники «Цепрусса» и небольшое количество действующих. У нас есть информация, что часть из 105 квартир сдаётся в аренду. То есть люди в жилье не нуждаются и используют для заработка эти квартиры.

– С чего начался конфликт?

– Точка отсчёта понятна. Мы установили плату за проживание. 3000 рублей за одну квартиру тем, кто работает на предприятии, и 6000 рублей — неработающим. Но платить многие не хотят.

– И вы с этим ничего не можете поделать...

– ... можем. Вступило в силу решение суда о выселении как раз за неуплату. На днях должны были прийти судебные приставы и выселить. Жильцы пригласили телевидение, для того чтобы сымитировать насильственное выселение. Телевизионщики целый день на балконе просидели, а приставы не пришли.

– А раньше платы не было?

– Не было. Люди платили только коммунальные платежи.

– У той женщины, которая выселяется приставами, есть шанс купить квартиру в доме?

– Насколько я знаю, ей было предложено место в другом общежитии. Там условия гораздо хуже. Но она от этого общежития отказалась и изъявила желание купить эту квартиру, по той цене, по которой мы предложили. Хотя, заметьте, её выселили за долги.

– Но люди вышли на митинг. Их не устроили ваши предложения?

– Для начала я предложил инициативной группе встретиться и поговорить. Об этом я сказал и первому заместителю главы городской администрации Дануте Смирновой. Инициативная группа с кем-то посоветовалась. И, видимо, кто-то им отсоветовал встречаться и разговаривать. А ведь встреча их ни к чему не обязывала. Возможно, кто-то побоялся, что мы сможем договориться. И они не пойдут на митинг.

– Их кто-то подтолкнул?

– Сами жильцы говорили, что они общаются с адвокатами, правозащитниками и депутатами. О том, что пройдёт митинг, я узнал из звонка из городской администрации.

– Встреча в правительстве области что-то дала?

– Да, было созвано совещание, в котором участвовали главный федеральный инспектор Александр Чаплыгин, вице-премьер Юрий Шалимов, глава администрации Феликс Лапин, министр Сергей Бучельников и другие. Я озвучил свою позицию. Мне сказали, что моя позиция возражений не вызывает.

– Нет у вас сейчас обиды за плакаты на митинге? Вы от своего предложения не отказываетесь?

– По-человечески это не очень приятно. Но злобы я не затаил. Предложения остаются в силе. Индивидуально будем разговаривать в каждом случае. А Людмиле Максимчук мы передадим квартиру на льготных условиях.

– Как к этому другие жильцы отнеслись? Всё-таки даром.

– Реакция прямо противоположна ожидаемой. Те же люди, которые требовали отдать бесплатно, стали говорить: «Тогда берите деньги со всех. И с неё тоже». Ни себе ни людям. Но я пообещал отдать бесплатно, и я обещание выполню.

– Сейчас жильцы платят деньги за наём жилья?

– Один из членов инициативной группы попросил, чтобы на период разбирательства не применялось никаких санкций за неоплату. Я им пообещал это. Пока они не платят, и делают это с моего согласия — на то время, пока мы будем разбираться. Если для кого-то будут установлены льготные условия, мы подпишем дополнительные соглашения по новой цене, всем остальным придётся заплатить по старым счетам.

 

Алексей Шабунин

Дворник, № 646