Раритет вернулся в Петербург из Москвы и будет выставлен в ГМЗ «Царское Село».
В музей-заповедник «Царское Село» после длительной реставрации вернулись сани начала XIX века. Когда-то они находились в распоряжении императрицы Марии Федоровны – супруги Павла I. Работу над раритетом доверили мастерам столичного реставрационно-исследовательского объединения «Феномен». Поэтому сани совершили путешествие из Петербурга в Москву и обратно, рассказали в пресс-службе музея.
Этот редчайший предмет, находившийся в плачевном состоянии, раньше хранился в фондах. Теперь он дополнил экспозицию «Придворный экипаж» в здании бывшей Дежурной конюшни. Посетители увидят исторические сани впервые.
Средства на реставрацию предмета выделило Министерство культуры РФ.
Двухместные «городовые» сани для троечной упряжи были изготовлены в 1807 году в мастерской известного петербургского каретника Георга Гейгера «для собственных Ея Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны разъездов». Обновлялся экипаж в 1814 году на мастеровом конюшенном дворе.
– То, что эти сани сохранились – настоящее чудо. Очень многие их «собратья» исчезли во времени и пространстве. А вообще среди экипажей российского Императорского двора было немало двухместных саней; их часто изображали на картинах и рисунках, однако до наших дней дошел только этот образец, – говорит хранитель музейной коллекции «Кареты» Ирина Бредихина.
Сани на железных полозьях имеют спереди щит, предохраняющий ездоков от летящего из-под копыт лошадей снега; сзади, на всю ширину кузова – подножка для лакея.
Прежде чем стать музейным экспонатом, сани были в распоряжении у кинематографистов – их снимали во многих картинах. Это обернулось для саней грубыми ремонтами; обивку меняли несколько раз.
Ровно год реставраторы возвращали предмету первоначальный облик.
– Самым сложным для нас стал процесс очистки поздних слоев, извлечения гвоздей – их было очень много. Обрадовались, когда под холстом обнаружили красное дерево. Тщательно подбирали краску, воссоздали утраченную бархатную полость, почти полностью утраченную, подбитую бобровым мехом – рассказывает художник-реставратор Олег Синицын.