<z>Возвращаться – плохая примета (о кредите)</z>
Наш герой очень конкретно подорвал доверие к собственной стране вообще, да и к городу на Неве в частности. Свое сотрудничество со Швейцарским банком он начал 31 июля 1998 года, буквально за две недели до дефолта. Первый кредит был взят под строительство на сумму 260 тысяч долларов. К ноябрю стало ясно, что этого не хватит, и у того же иностранного партнера попросили еще 153 тысячи долларов. На эти деньги благополучно построили четыре торговых павильона. Правда, один из них загадочным образом сгорел, так что действуют сейчас и приносят доход только три. Говорят, что российский предприниматель (для удобства назовем его Фирк) умудрился еще где-то соорудить бензоколонку, но толком о ней нам ничего не известно.
Отдавать кредит Фирк не торопился. Год спустя он снова обратился к своему щедрому зарубежному другу и взял еще 70 тысяч долларов. Тот ничего не имел против. Надо сказать, процент Фирку установили прямо-таки сказочный – 6,75 в год. Все эти кредиты ему три раза благополучно продлевали – инвестор верил в честность намерений своего российского партнера и не давил на него. На всякий случай, конечно, в 1999 году они заключили договор. Россиянин признавал сумму долга и обещал все вернуть в 2000 году. В противном случае он обязался передать все построенные объекты инвестору. Между тем, Фирк втихаря переоформил все свои павильоны на другие фирмы, что, в общем-то, не мешало ему продолжать получать доход, оставаясь в тени.
Подошел 2000 год, и кредитор понял, что настало время расплаты. Целый год иностранец уговаривал россиянина начать возвращать ему долг, но тот – ноль эмоций. В феврале 2002-го инвестор, при всем своем нежелании сталкиваться с российским законодательством, все-таки направил иск в Арбитражный суд. В апреле вышло решение о признании долга. Однако наш авантюрист подал апелляционную жалобу, которая поначалу была отклонена. Уж не знаю, как уговаривал судей Фирк, но повторная жалоба была принята, и производство вновь возобновилось.
Не долго думая, в мае Фирк подал заявление о банкротстве своего ЗАО, назовем его «Строитель». В октябре суд признал его банкротом. Надо заметить, что в списке кредиторов иностранный инвестор вообще не фигурировал. И долг, который на тот момент составлял уже 563 тысячи долларов, игнорировался начисто. В списке были Ленэнерго, КУГИ, налоговая – все как обычно. Кроме этого Фирк нашел себе подставного кредитора, которому он был должен якобы три миллиона рублей. И как самый пострадавший он имел решающее право голоса. Правда, со стороны иностранца тут же был подан протест. Он недоумевал: как так? Все имущество «Строителя» по балансу было оценено в пять миллионов рублей, когда кредит он брал на 15. Каким образом можно было разориться, имея такие деньги, успешно строясь и выгодно сдавая в аренду свои объекты?
<z>Самосуд</z>
Если вернуться к первому арбитражному делу, инициированному иностранцем, то там сложилась еще одна забавная ситуация. Как мы уже говорили, первоначальную жалобу ЗАО «Строитель» отклонили. Срок подачи апелляции истек, и, до того как Фирку все-таки удалось добиться принятия его повторной жалобы, сторона, защищающая кинутого инвестора, успела возбудить исполнительное производство. Один из объектов, построенных «Строителем» на взятые кредиты, арестован. Впрочем, на текущей работе павильона это не отразилось. Торговля и по сей день идет полным ходом, а владелец здания ежедневно получает арендную плату. Конечно, все это замечательно, тем более что на первый взгляд фирма-владелец, назовем ее СЗР, не имеет отношения к обанкротившемуся «Строителю». Кроме разве что одного небольшого «но» – генеральный директор СЗР не кто иной, как Фирк. Сейчас, правда, в «Строителе» совсем другой директор. Видимо, осознав всю тяжесть долга, Фирк решил сложить с себя столь ответственные полномочия. Короче говоря, СЗР крайне возмутилась, что ее павильон был арестован. Тут же последовал очередной иск в суд сразу на обе фирмы: и на ЗАО «Строитель», и на инвестора. Они, мол, из-за своих междоусобных разборок не дают работать честным людям. Грубо говоря, наш «умник» не поленился подать в суд на самого себя. И это дело будет рассмотрено в конце ноября.
Чует наше сердце, что не сегодня-завтра все эти арбитражные разбирательства вытекут в уголовные дела. Ведь если покопаться, тут и преднамеренное банкротство, и невозврат кредитов, и, в конце концов, мошенничество.