СЛОЖНАЯ ЭКОНОМИКА ЛЕНИНГРАДСКОГО ГУБЕРНАТОРА

И вот в январе тихо, без надрывного плача Ленинградская область едва ли не простилась с грандиозным проектом. Вернее, отложила окончательное решение до лучших времен. Несмотря на то, что у проекта имелся серьезный американский инвестор – компания Alutech, которая брала на себя финансовые расходы по реконструкции четвертого энергоблока ЛАЭС, а общий объем заокеанских инвестиций предполагал составить 800 миллионов долларов. Несмотря на то, что по рекомендации Агентства международного развития американское правительство уже выделило на строительство завода в Сосновом Бору грант в размере 850 тысяч долларов. К настоящему времени, по словам генерального директора «Сосновоборского алюминиевого завода» Константина Моргунова, только на проектные и организационные работы было потрачено около двух миллионов долларов. Но руководитель проекта продолжает
утверждать, что разработка технико-экономического обоснования должна завершиться к наступлению лета.
Само место для этого строительства выбиралось придирчиво. В конце концов решили возвести производственные корпуса в местечке Косколово – в Кингисеппском районе. Рядом находилась ЛАЭС. Невдалеке строился порт Усть-Луга. А первичный алюминий, как известно, почти полностью отправляется за рубеж – в 2001 году только 18% всей производимой российскими алюминиевыми заводами продукции осталось в стране.
Вообще-то Ленинградской области было не с руки тягаться с регионами, где работают предприятия «Русского алюминия» или «СУАЛ-холдинга» – монстров, контролирующих почти 90% отечественного рынка. Но манящая близость к европейским державам вполне могла вывести область в число экономически стабильных. Хотя правительство Валерия Сердюкова буквально на днях проинформировало граждан о том, что общий объем промышленного производства в Ленинградской области по сравнению с 2000 годом достиг отметки в 110 процентов. Правда, избежав расшифровки, как резко упали вниз производственные показатели крупных предприятий, что чиновники объяснили резким повышением прошлогодних тарифов, в частности на электроэнергию. Оркестр, туш!
<z>Хроника областных долларов</z>
В силу обстоятельств основные инвестиционные достижения Ленинградской области принадлежат руководителю начала 90-х – Александру Белякову. А проглотить горькую пилюлю августовского дефолта довелось предшественнику нынешнего губернатора – Вадиму Густову.
Начиная с 1993 года в области наблюдался стабильный рост иностранных инвестиций. Еще двумя годами раньше средства в умирающие предприятия лесопромышленного комплекса вложили LEMA-international и шведский холдинг IKEA. А наиболее ярко положительная тенденция проявилась в 1995 году, когда их общий объем превысил 400 миллионов долларов, что было сравнимо с российскими городами-миллионниками (хотя что с чем сравнивать: например, в течение последних лет китайский Шанхай стабильно привлекает иностранных инвестиций на сумму 10 миллиардов долларов в год). К моменту кризиса иностранцы предпочитали Санкт-Петербургу более привлекательную Ленин-градскую область.
Тенденция сохранилась и после очередной смены областного руководства, с избранием Сердюкова. Не исключено, одной из причин тому бюрократическая волокита, которой подверглось петербургское законодательство об инвестициях. Успешно разрулить ситуацию не смог ни специально образованный при Владимире Яковлеве совет, ни городские депутаты. А Валерий Сердюков, переведя дух от инаугурации, аргументировано заявлял прессе, что акцизы с продаж и налоги, получаемые с инвесторов, поступают на решение конкретных проблем региона – повышение зарплат бюджетникам и увеличение опекунских пособий. Говорят, два соседа-губернатора даже повздорили между собой оттого, что иностранцы, будто перелетные птицы, потянулись прочь из города, в тепличные условия Ленинградской области. «Катерпиллар» обосновался в Тосно. Третья по величине табачная компания в мире «Стэндэрд Коммершиал Тобако Компани, Инк» решилась здесь на финансирование профильного завода. И даже «Форд Мотор Компани» выбрал в качестве базовой площадки корпуса вспомогательных цехов «Русского дизеля» во Всеволожске. Не говоря о том, что в области уже находились объекты, географически привязанные к местности – тот же «Светогорск», крупнейший в России ЦБК, в 1998 году вошедший в концерн International Paper, по праву считающийся мировым лидером бумажной отрасли.
Тайная неприязнь, тщательно скрываемая от объективов телекамер, присутствует в отношениях между Яковлевым и Сердюковым и сейчас. Одно время имиджмейкеры петербургского градоначальника даже активно «тестировали» общественность по поводу возможного объединения двух субъектов федерации. В пользу города. Начальственные трения, как замечают сторонние наблюдатели, негативно сказываются сегодня и на строительстве кольцевой автомагистрали, которая петляет с городской территории на областную, и наоборот.
<z>Алюминиевый пост</z>
Путь Валерия Сердюкова к губернаторскому креслу был непрост. В бесконечной череде всевозможных выборов российские избиратели успели свыкнуться с мыслью, что за любым победителем стоят чьи-то деньги, а должности не раздаются просто так. Наш кандидат в этом отношении ничем не отличался от себе подобных претендентов на губернаторский пост в других регионах страны. Но Сердюков никогда не ходил за деньгами к криминалу. Равно как никогда рьяно не клялся в верности Кремлю, выпрашивая монаршью милость. Его политическая судьба была практической копией жизни петербургского коллеги. Поэтому кандидат обратился за поддержкой к предпринимателям, деловая активность которых не подлежала сомнениям – Александру Сабадашу и Алексею Шмаргуненко. В таком обращении не было ничего зазорного, поскольку оба вели бизнес на территории Ленинградской области, а со временем планировали не только самостоятельно инвестировать перспективные проекты, но и привлечь к этому солидных зарубежных партнеров. Поддерживая кандидатуру Сердюкова, вкладчики, понятное дело, получали дополнительные гарантии по защите своих инвестиций.
Водочный магнат Сабадаш и алюминиевый барон Шмаргуненко считались тогда деловыми партнерами, но вскоре после выборов разошлись в разные стороны. Молва утверждает, не очень любезно. А Сердюкову пришлось выбирать между водкой и алюминием. Вроде бы до недавних пор губернатора и Шмаргуненко, контролирующего АО «Волховский алюминий», объединяли прочные хозяйственные связи. Не потому ли в коридорах областной власти намеревались объединить алюминиевые предприятия в региональный холдинг «Алюминий Северо-Запада», ядром которого планировался Сосновоборский завод.
<z>Германцы помогли</z>
Короля играет свита. В желании угодить губернатору в июне прошлого года чиновники запретили строить во Всеволожске алюминиевый завод. Видимым основанием послужило якобы несоответствие производства принятым санитарным нормам. Вице-губернатор Григорий Двас, называемый в среде экономистов большим умницей, как-то высказался в сердцах, мол, не допустит строительства «Всеволожского алюминия». Во-первых, потому, что электроэнергии предприятию требуется почти столько же, сколько вырабатывает один блок ЛАЭС. А во-вторых, чиновника смутили экологические соображения. Именно в таком порядке. Получалось, что гневные возмущения общественности оказались поставлены в хвост экономической целесообразности. Мало того, что ЛАЭС нельзя было не поделить между алюминщиками Соснового Бора и Всеволожска, производственные показатели «Волховского алюминия», предполагавшего стать региональным флагманом отрасли, упрямо ползли вниз. Оборудование год от года изнашивалось, а сам алюминиевый завод в Волхове по-прежнему требовал мощного энергообеспечения.
В далеком сибирском Братске годовые объемы по производству первичного алюминия составляют 800 тысяч тонн в год. В Волхове выплавляют ежегодно всего 22 тысячи тонн этого металла. Любая, самая принудительная алюминизация Ленинградской области, после того как у иностранцев возникли первые робкие сомнения в осуществлении Сосновоборского проекта и был отвергнут Всеволожский, выглядела бесперспективной.
Бессмысленно было поднимать намертво потоптанный «ножками буша» областной «Ленптицепром». Истощались запасы леса, щедро поставляемого на экспорт. А тут новая напасть. Сначала выход с конвейера новеньких автомобилей «форд-фокус» планировался в июле 2001 года. Затем срок плавно перенесся на позднюю осень. Осень, миновав зиму, сменилась весной. И на днях автомобилестроители робко известили, что первая машина выйдет из ворот предприятия ближе к концу мая. Когда Ленинградскую область намерен посетить с визитом американский президент.
Портовая тема оказалась как нельзя кстати. Рейтинг Валерия Сердюкова полез вверх. Ввод в действие Усть-Луги и Приморска мог крайне положительно повлиять на областную экономику. Более того, внимание ленинградского правительства, обращенное к строительству портовых комплексов, на сто процентов вписывалось в политику государства. Губернатору выпала удача «сломать» сверхприбыльный прибалтийский бизнес, основанный на транзите российских грузов. Сначала заработал терминал в Усть-Луге. А в декабре 2001 года была запущена в строй Балтийская трубопроводная система. Иначе – порт Приморск, который специализируется на нефтеналивных грузах. И это стало позитивным примером сотрудничества Валерия Сердюкова с крупным, заметим, отечественным бизнесом – концерном «Транснефть». Наконец, буквально месяц назад в правительстве Ленинградской области состоялась бизнес-презентация проекта «Балтийский паром». Открытие прямого морского пути из Германии в Усть-Лугу, минуя порты Прибалтики, заставило на время забыть о нападках на губернатора.
<z>В натуре, ей-богу!</z>
Похоже, областная власть при желании может работать с инвесторами. В конце марта состоится Межотраслевая балансовая комиссия, которая вынесет вердикт по декларации о строительстве в пустующих корпусах «Русского дизеля» завода прокатных изделий. Но все не так просто. Инвестором проекта вы-ступает упоминавшийся уже Александр Сабадаш. Безусловно, он не ангел. Но в отличие от Алексея Шмаргуненко, ориентирующегося на заграницу, зависит во многом лишь от извечной российской привычки пить. Водку. И пока качественный алкогольный продукт пользуется спросом, ему не страшны никакие дефолты и американские обструкции.
Есть и другой момент. Всеволожск – традиционная дачная зона. С недавних пор освоенная состоятельными гражданами, которые возвели здесь элитные коттеджи. Очевидно, именно на их деньги подогревается «праведный народный гнев» и желание до последнего биться за экологию края. Будущий завод волнует многих потому, что производство снова связано с алюминием. Протестуют старики и матери малолетних детей, протестуют безработные. Удивительно, что в пикетах не видно владельцев элитного жилья. Вероятно, их участие сводится к выделению необходимых денежных средств на пропагандистскую шумиху.
Долгое время областные власти занимали выжидательную позицию. По всей видимости, это было связано с декабрьскими выборами в местный парламент. Теперь, когда ясно, что абсолютное большинство депутатов занимают позиции, схожие с губернаторскими, активизировалась работа правительства. Вспомнили об экономике. И о том, что ее основа – промышленное производство.
А любое промышленное производство, бесспорно, наносит вред экологии. Его вряд ли компенсируешь строительством жилья для рабочих или расселением тех, кто попадает в санитарно-защитную зону. Тем не менее Ленинградская область – не Багамы. Она не сможет выжить за счет туризма, и одни только дачники не наполнят казну. Предлагаемый Всеволожску проект привлекателен потому, что производимая продукция будет насыщать отечественный рынок. Вряд ли в далекой Америке позарятся на защитные жалюзи, сделанные из алюминия, или профилированный лист. Равно как никому в Европе не нужны самонесущие изолированные провода, изготовленные из проволоки-катанки. Сегодня все российские линии высоковольт-ных передач представляют собой витые алюминиевые провода со стальной жилой внутри. Если же сплавить алюминий с другими металлами, то стальная основа уже не потребуется. Это и дешевле, и исключает коррозию железа, и значительно увеличивает срок службы линий электропередач.
Подобная технология используется во всем мире. За исключением России. И крупнейший на Северо-Западе завод «Севкабель» уже готов работать с отечественной сплавной катанкой (в настоящее время проволока может быть завезена только из-за кордона). Заменить импорт берутся производственники будущего завода во Всеволожске. Но судьба проекта по его строительству пока неизвест-на. Понятно немногое – радиус санитарно-защитной зоны, вопреки домыслам, составит не 30 километров, а всего лишь версту. Равно как и вредные атмосферные выбросы в худшем случае достигнут 0,25 предельно допустимого показателя, в то время как при производстве первичного алюминия – 0,80.
В то же время комитет по промышленности областного правительства как бы невзначай настаивает на том, чтобы руководство «Русского дизеля», чьей дочкой, собственно, и является будущий завод прокатных изделий, рассмотрело меморандум болгарской фирмы «Енергия». Братья-болгары предлагают создать совместное предприятие для сборки аккумуляторных батарей. Что характерно, свинцово-кислотных панцирных. Куда уж хуже для экологии! При этом за обеспечение свободной рыночной продажи, по мнению «Енергии», должен отвечать потенциальный российский партнер. Кстати, слово «инвестиции» в меморандуме отсутствует как данность.
Говорят, будто недавно кого-то осенила идея устроить в цехах «Русского дизеля» банальную лесопилку. Что вообще сведет на нет противостояние производственников и экологов. В таком случае проще использовать пустующие заводские площади под теплицы. Правда, их содержание сделает сельхозпродукцию «золотой».
<z>У нас свои штаты</z>
Но все идет к тому, что Валерий Сердюков, а значит и областная власть, готов развернуться лицом к проекту строительства завода прокатных изделий. Это хороший конек, который позволит почти до новых губернаторских выборов не сомневаться в экономической дальновидности регионального руководителя. Установив высокие пошлины на экспорт российской стали, американцы доходчиво продемонстрировали, какая участь ждет экспортеров первичного алюминия при вступлении России во Всемирную торговую организацию. И за любой попыткой построить в Ленинградской области подобный завод непременно последует провал. Если же не гнаться за журавлем в небе и найти первичному алюминию применение в виде прокатных полуфабрикатов и готовых изделий из него, то бюджет получит реальную налоговую прибавку. Ведь в связи с наметившимся ростом предприятий малого и среднего бизнеса в Санкт-Петербурге продукции областных металлопрокатчиков гарантирован устойчивый сбыт.
Остается задуматься об участи «Трансмаша» в Тихвине, площадки «Кировского завода» в Горелово, «Бокситогорского глинозема» и «Ленинградсланца», других промышленных объектов, в период интенсификации социалистического производства расположившихся на территории области.
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен