Чтобы показать при свете дня, на что они способны, помимо традиционных лыж, биатлона, хоккея и коньков, северяне ввели в программу ряд зимне-спортивных «изюминок»: футбол на снегу, хоккей с мячом, зимнее плавание (в проруби), скалолазание на искусственном рельефе, соревнования оленеводов, зимнее спортивное ориентирование, натурбан (санный спорт). Победители награждаются памятными медалями, кубками и получают денежные призы. А в биатлоне, лыжных гонках и соревнованиях оленеводов определяются абсолютный чемпион или чемпионка, которые получают дополнительно денежную премию.
Пиком Полярной олимпиады нынешнего года была марафонская гонка, которая состоялась 7 апреля на трассах спорткомплекса «Долина Уюта». В ее рамках проводились соревнования в зачет Европейского кубка лыжных марафонов «EUROLOPPET», Кубка марафонов России, Чемпионата России на 50 километров среди мужчин, Первенства РЛЛС.
<z>Мы поедем, мы помчимся...</z>
В погоне за северной экзотикой корреспондент «Версии в Питере» из всех вышеперечисленных состязаний решил сконцентрироваться на оленеводах. Свои способности они демонстрировали 30 и 31 марта в Мурманске на площадке зоны отдыха того же спорткомплекса «Долина Уюта». Участвовали команды от двух оленеводств – «Тундра» и «Рассвет». В первый день выступали мужчины на дистанции 2200 метров и юноши – 1600 метров. Причем юноши параллельно соревновались в метании аркана с 9 метров на хорей (это такая палка, имитирующая оленьи рога). Во второй день можно было любоваться на состязания женщин, буксировщиков и гонки на кирежах. Буксировка – это когда оленями управляет лыжник, который вместо саней впрягается в упряжку и несется вслед за оленями. При этом если буксируемый падает, олени внимания на это не обращают. Они продолжают бежать, не снижая скорости, и тащат кувыркающегося беднягу до самого финиша. К счастью, снег не асфальт, так что шлепнувшиеся спортсмены чувствовали себя ничуть не хуже, чем все остальные. А кирежи – это лодочки с полозьями. Говорят в быту, у кирежей большая проходимость. И зимой и летом – по земле, воде и снегу они скользят без проблем.
Оленья упряжка – это целая организованная команда со своим руководителем и четким распределением ролей. Передовой, самый сильный олень называется бык. Рулевой, который указывает направление, куда бежать, – пелей. Между ними рядовые гончие – силовая поддержка. Количество оленей в упряжке – от двух до четырех. Четыре – только у мужчин, у женщин и юношей – три, а на буксировке – два.
Вообще олень – скотина очень тонкая и ранимая. Обилие улюлюкающих болельщиков несколько смущало полудиких животных. Изредка реагируя на
окрик из толпы, они разворачивались и бежали обратно или заскакивали к зрителям. Кроме того, на длинных дистанциях олени зачастую не понимали необходимости бежать второй круг. Миновав финишную прямую, они расслаблялись и шли отдыхать, а когда оказывалось, что нужно бежать дальше, – «недовольно морщились».
Одному оленю очень не повезло. Пока его хозяина не было, а сторож пошел перекусить, кто-то очень «добрый» решил покормить красавца булочкой. В результате животное слегло с несварением желудка. Так и лежал он на празднике – грустный-грустный, а вокруг ходила местная шаманка из Оленегорска Ироида и, манипулируя руками вокруг несчастного оленьего пуза, упорядочивала биотоки, пытаясь восстановить его энергетический баланс и вылечить. Периодически она шептала в его мохнатое ухо какие-то одним им двоим понятные слова.
От «Восхода» до «Рассвета»
Оленеводство – это бизнес, принадлежащий, как известно, малочисленным народам Севера – коми и саамам. И эта олимпиада для них – очередной повод продемонстрировать свою жизнеспособность и блеснуть оленеводческими талантами. Однако, как заметил один из мурманских журналистов (тоже, кстати, представитель саами), все эти состязания – лишь глянец, а на самом деле жизнь лопарей отнюдь не праздник. Если финские и скандинавские лопари-оленеводы – богатые процветающие люди, то в России все обстоит намного грустнее. Люди вынуждены уходить из оленеводческих хозяйств, а вырванные из своей родной среды, большинство саамов очень быстро де-градируют, спиваются, кончают жизнь самоубийством. Среди лопарей очень много высокообразованных людей, но даже работая в различных сферах и принимая участие в общественной жизни, вдали от природы они продолжают чувствовать себя неуютно.
По идее, оленеводство – дело очень выгодное. В нашей стране уже начали заниматься не только разведением, но и переработкой оленины. Сейчас при кооперативе «Тундра» работает российско-финское предприятие по производству различных колбас, копченостей и прочих деликатесов из оленьего мяса. В дальнейшем планируется открыть пельменный цех, заняться выпуском сыворотки крови, высококачественной выделкой шкур и продавать все это на отечественных рынках.
Олень в экономическом плане – просто незаменимый зверь. Его рентабельность – триста процентов. Посудите сами – питается он круглый год самостоятельно, мигрируя по Кольскому полуострову, поедая ягель и не требуя никаких заготовок и искусственных прикормов. Поэтому его мясо – самое экологически чистое в мире. Нашу оленину продают за границу по 7 долларов за килограмм, и там она считается дорогим деликатесом. Растет олень быстро – практически за 4–5 месяцев достигает 35–40 килограммов чистого мяса (с костями – 90). Из его шкуры получается отличная замша – тонкая, легкая и крепкая. Для этих целей оленьи шкуры у нас покупает Италия.
Казалось бы, если олени такие золотоносные, почему же лопари не ездят тогда на джипах и не покупают виллы на Карибском море? Тут существует ряд причин. Самая серьезная – это браконьерство. Оленей отстреливают в огромных количествах. Где-то уже налажены левые каналы сбыта, по которым оленина уходит тоннами. Как рассказывают местные жители, оленей стреляют и военные, причем исключительно в спортивно-развлекательных целях. Еще существует такое понятие, как пересортица. Когда олени рождаются, ведется один подсчет поголовья, вырастают – другой, и на этом этапе можно скрыть часть голов, выдав больших за маленьких. Если учесть, что одна туша будет стоить около 300 долларов, а скрывают периодически до тысячи оленей, то можно представить, как здорово на этом деле наживаются отдельные личности. Вот и получается, что оленеводства работают в убыток, вместо того, чтобы приносить огромные прибыли. Например, государственное унитарное предприятие «Рассвет» имеет очень интересную историю. Еще недавно оно именовалось «Восходом», но обанкротилось. На его базе появился «Рассвет». Долги остались, естественно, за «Восходом». Руководство поменялось, и «Рассвет» получил кредит в размере около полутора миллионов рублей, который вроде как уже практически потрачен. А золотых гор так и не видать.