К примеру, реплика случайного рационалистически настроенного посетителя: «Странные люди, пытаются играть сумасшедших». Вполне перспективный подход, подумалось мне, но посмотрим…
Маленькая интермедия. Тут же, среди вялотекущей, обнимающейся и обменивавшейся последними новостями толпы богемных посетителей, были замечены усы известного философа, в отдалении маячили патлы плохого, но знаменитого своей изрядной скандальностью художника. Чуть поодаль орлиный профиль известного фотографа. Не имеет смысла сыпать фамилиями классиков, не это нужно современному читателю.
Впрочем, об искусстве... Слово инсталляция, возведенное в культ, было поднято на «щит» и выглядело довольно потасканным в употреблении. Попытаюсь объяснить. Установка некоторых предметов в некой форме, а иногда и совершенно без нее, и создание некоего образа и смысла – все это инсталляция. Надеюсь, вам стало понятно? В случаях исключительной важности, при наличии движущихся элементов или человеческого фактора, это называлось перформансом.
Окончательно заплутавши в экспериментальном искусстве, обращаюсь к служительнице преклонных лет по естественной надобности. «Не подскажете, где здесь туалет?» Служительница муз, гордо посмотрев на меня, произносит: «И не говорите со мной, девушка, у меня беруши». Немудрено, подумала я, и двинулась дальше в дебри перформанса.
Надо признать, что экспозиции подобрали с умом. Было на что поглазеть и эстетствующей публике, поплевать на извращенные подделки буржуйства и западничества, концептуалистам
поглазеть на формы или порадоваться мелким панковским прелестям в виде справляющего малую нужду некого субъекта.
Особо приглянулся трогательный рождественский пейзаж, по которому в упорядоченном хаосе были разбросаны «части» собаки, разорванной чем-то взрывчатым. Или вот пирамида, собранная из денежных знаков с изображением Мавроди. Более всего меня, натуру приземленную и не избалованную словами видео- или танцинсталляция, поразило и порадовало от души огромное полотнище, сделанное «группой товарищей». Произведение представляло собой, черный квадрат во всю стену, на котором с рваной, но хорошо продуманной небрежностью наклеены слова «МАЛЕВИЧ ЖИЛ ЖИВ БУ». Порадовавшись оптимизму группы товарищей и их несомненному юмору, я, наконец, покидаю обитель новых форм и образов, в которую превратился Манеж. На пороге нос к носу сталкиваюсь с известным всему Невскому проспекту сумасшедшим с бабочкой – вот тебе, бабушка, и Юрьев день (к разговору в начале о том, кто кого пытается играть).
И все еще под впечатлением, а именно прочищая уши от звуков музыкальных инсталляций девушек из команды «Большой кузнец», натыкаюсь взглядом на мемориальную доску. Чем-то ее дизайн меня беспокоит: черный квадрат и надпись: «Здесь жил и умер Казимир Малевич». Немая сцена, медленно сползаю от смеха по стене дома… Вполне достойное завершение вечера экспериментальных искусств.