Сточные осадки предписано сжечь…

Информация о том, что предприятие, обеспечивающее Санкт-Петербург услугами водоснабжения и канализации, планирует инвестировать более 5 млрд. рублей в строительство линий сжигания осадка сточных вод, послужила основанием для депутатских слушаний. 

Профильная комиссия по экологической защите населения Законодательного собрания Санкт-Петербурга заслушала руководство предприятия в части инвестиционных планов на ближайшую перспективу. Председатель комиссии Надежда Тихонова обозначила ряд вопросов, связанных с модернизацией оборудования на заводе по сжиганию осадка на Центральной станции аэрации и планами по строительству двух новых линий на этом предприятии.
Она подчеркнула, что Санкт-Петербург – единственный мегаполис России, где применяется данная технология утилизации вредного ила. Напомнив, что в Северной столице работают три завода по сжиганию осадка сточных вод: на Центральной (Кировский район) и Северной (Ольгино) станциях аэрации и на Юго-Западных очистных сооружениях (Красносельский район), глава комиссии предложила искать новые, современные подходы в решении этого вопроса.

А правы ли депутаты?


Ольга Рублевская, возглавляющая на предприятии Департамент анализа и технологического развития систем водоснабжения и водоотведения, не согласилась с таким мнением. Сообщив, что до строительства Центральной станции аэрации (1997 год), 69 КАМАЗов ежедневно вывозили осадок на полигоны, в том числе, на ныне закрытый «Новоселки», она рассказала, что ни один другой современный метод борьбы с илом городу не подходит. 
«В крупных мегаполисах именно сжигание позволяет решить проблему осадка сточных вод», – заметила Рублевская. К примеру, технология компостирования, используемая в небольших городах Европы, сопровождается выделением сильного запаха. В Санкт-Петербурге ежедневно формируется 15000 кубов обезвоженного осадка в день. Если его компостировать, город задохнётся от вони. К тому же, материал, получаемый в ходе компостирования, в России, в отличие от Европы, не востребован: слишком много земли, чтобы использовать его, например, для подпитки почв. 
Вторая, наиболее часто используемая технология, аэробное сбраживание осадка – Санкт-Петербургу не подходит по другой причине. «В процессе брожения выделяется биогаз, но сам осадок остаётся, – пояснила Рублевская. – Его следует обезводить и утилизовать. Вот только в процессе сбраживания теряется органика, за счёт которой осадок сжигают. Иными словами, его придётся захоранивать, а территорий для строительства новых полигонов в городе нет». По её словам, Москва внедрила этот метод в 2005 году по той причине, что канализационная система столицы не приспособлена для приёма большого объёма стоков в случае блэкаута. Петербургские же канализационные трубы имеют «большой буферный объём». «Кроме того, окупаемость технологии в Москве три года, а в Санкт-Петербурге на это потребуется 30 лет», – заявила представитель предприятия, не объяснив, с чем это связано.
Для подтверждения собственной теории Ольга Рублевская привела в пример Германию, где разработана директива, предусматривающая для крупных мегаполисов только сжигание. «Для более мелких населённых пунктов в этой стране используют компостирование, которое идёт для подкормки почвенных покровов», – разъяснила она. Проблема петербургской канализации ещё и в том, что в неё попадают не только хозяйственно-бытовые, но и промышленные стоки, в которых много тяжёлых металлов, в частности, кадмия. «Если не построить ещё две линии сжигания, то вывозить осадок будет некуда, тем более что новые линии более современные, оснащенные угольной фильтрацией», – завершила Рублевская выступление.

Чиновники и наука вот что думают


Коллегу из подведомственного предприятия поддержала заместитель председателя комитета по энергетике и инженерному обеспечению Евгения Розова. По её словам, первый завод отслужил 22 года и нуждается в модернизации. Если в 2014 году он был загружен на 98%, то сейчас только на 87%. 
За годы существования все три завода переработали столько ила, что в случае захоронения понадобилось бы два полигона размером с Волхонку. «Единственная возможная в Петербурге технология – сжигание», – заявил и представитель научного центра гигиены и общественного здоровья Кирилл Фридман. Он также поведал об испытаниях разных методов. Например, в ходе биотурбирования осадка изготовляли кирпичи, которые оказались ненужными дорожным строителям из-за дешевизны. По информации Фридмана, проводили обследование здоровья жителей Канонерского острова, расположенного вблизи Центральной станции аэрации, где построили первый завод по сжиганию осадка. Вредного влияния не выявили ни на детей, ни на взрослых.

Экологи обеспокоены


Самое тревожное выступление прозвучало из уст эколога Семёна Гордышевского. Он подчеркнул, что локальная проблема предприятие, обеспечивающего Санкт-Петербург услугами водоснабжения и канализации, является глобальной проблемой для города. 
«Материю невозможно уничтожить, только преобразовать, – констатировал он. – Когда сжигается ил, 10% превращается в золу, а 90% в виде газов улетает в воздух. В США запретили строительство сжигающих заводов в 1995 году, потому что даже выброс самого вредного вещества – диоксина – в 5000 раз превышает норматив». 
По информации Гордышевского, диоксиновый фон растёт и в странах Европы. Там очень высокое загрязнение диоксинами пищевых продуктов и кормов. Наиболее опасные источники производства данного вещества – сжигание твёрдых бытовых отходов и сточных осадков. «В 2017 году ЕЭС выпустил коммюнике, в котором просит отказаться от строительства новых мусоросжигающих заводов и выводе действующих», – напомнил он.
Отметив, что с 2008 года прекращён мониторинг почв, эколог сказал: «Зато хорошо виден демографический след. Начиная с 2003 года, резко растёт заболеваемость онкологическими и легочными болезнями. Детская онкология за последние 16 лет выросла в 4 раза. Помимо этого, растёт количество инвалидов, сегодня на душу населения в Санкт-Петербурге инвалидов в 1,5 раза больше, чем в среднем по стране». 
Он предложил присутствующим ознакомиться с докладом Роспотребнадзора о санитарно-эпидемиологическом состоянии в городе. Из этого доклада следует, что с 2014 по 2016 год заболеваемость выросла с 20% до 157%. Евгения Розова откомментировала это выступление фразой: «На 21% снизилось заболевание гепатитом, а на Канонерском острове она ниже, чем в среднем по городу».
Члены комиссии приняли информацию к сведению и решили обратиться к руководителю Северо-Западного межрегионального Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования с просьбой направить в адрес профильной комиссии результаты проведенной проверки соблюдения природоохранного законодательства. Также решено направить в адрес главы постоянной комиссии по экологии и природопользованию Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Марии Щербаковой обращение с просьбой организовать проведение парламентских слушаний по вопросу: «О модернизации оборудования на заводе по сжиганию осадка на Центральной станции аэрации».

Лилиана Глазова, «Конкретно.ру», фото из открытых источников
 
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен