Высадить... во что бы то ни стало…

<z>Первые неудачи</z>
Советским командованием была разработана операция по деблокаде Ленинграда, предусматривающая нанесение встречных ударов войсками Невской оперативной группы с правого берега Невы и 54-й армии со стороны реки Волхов в общем направлении на Мгу и Синявино. Одновременно планировалась высадка 1-й дивизии НКВД и батальона моряков Ладожской военной флотилии (ЛВФ) в район Шлиссельбурга с целью овладения городом и последующим соединением с советскими войсками юго-восточнее Синявина.
16 сентября в соответствии с приказом № 0050 командующего Ленинградским фронтом генерала армии Г. К. Жукова штаб ЛВФ приступил к подготовке десантной операции. Однако на оперативной базе флотилии в Осиновце не оказалось ни резервных частей, ни достаточного количества высадочных средств. Тем не менее через несколько дней из разведчиков-водолазов роты особого назначения и курсантов морского погранучилища был сформирован десантный отряд в составе 185 человек. Для их высадки предполагалось использовать 12 катеров и 10 надувных армейских лодок.
19 сентября десантный отряд был готов к выполнению боевой задачи, но из-за сильного шторма высадку на побережье Шлиссельбургской губы пришлось перенести на следующие сутки.
В ночь с 20 на 21 сентября отряд под командованием капитан-лейтенанта М. Н. Балтачи вышел из Осиновецкой гавани. На рейде к нему присоединились транспорт «Совет» и судно «Сатурн», которым надлежало вывести десант в точку развертывания для точного подхода к месту высадки. Капитан-лейтенант Балтачи принял решение: поставить катера и лодки отряда на буксир к транспорту «Совет». Но из-за значительного волнения буксирные тросы начали рваться, высадочные средства приходилось ловить и снова брать на буксир. Время для десантирования было упущено, и ближе к рассвету командир отряда приказал возвращаться на базу.
Вечером 21 сентября отряд вновь вышел на операцию. И вновь его ждала неудача: из-за ошибки в счислении корабли оказались в районе Бугровского маяка на 2,5 мили восточнее точки развертывания, т. е. в тылу своей 54-й армии. Последнее обстоятельство выяснилось только на рассвете 22 сентября. Тем не менее катера отряда самостоятельно подошли к намеченному участку высадки в Шлиссельбургской губе и начали пересаживать десантников в армейские лодки. Однако на свежей волне лодки переворачивались. В результате утонули два бойца и три надувные лодки. Балтачи решил отказаться от дальнейших попыток высадки, и около семи утра катера взяли курс обратно на Осиновец. Стоит заметить, что через несколько дней капитан-лейтенант был арестован и предстал перед судом военного трибунала Ленинградского военно-морского гарнизона. 24 октября 1941 года он был признан виновным в срыве десантной операции 21 сентября и приговорен к лишению свободы сроком на 8 лет без поражения в правах.
<z>Разведка боем</z>
Днем 22 сентября штабом ЛВО было получено жесткое требование командующего Ленинградским фронтом Г. К. Жукова – «высадить десант во что бы то ни стало в назначенном месте для дальнейшего движения на Шлиссельбург». Кроме того, перед флотилией ставилась еще одна задача: ночью произвести высадку в Шлиссельбургской губе разведывательного отряда моряков под командованием начальника разведотдела штаба Балтийского флота подполковника Н. С. Фрумкина.
В ночь с 22 на 23 сентября два катера КМ приняли на борт отряд в составе 40 разведчиков роты особого назначения, в их числе командира роты лейтенанта И. В. Прохватилова, и взяли курс в направлении Шлиссельбурга.
Около четырех часов утра катера, ориентируясь по компасу и по огням двух специально зажженных на нашем берегу костров у мыса Кошки и Посеченского створа, а также по немецким осветительным ракетам, обозначающим линию фронта, подошли к району высадки. На песчаной отмели бойцы отряда покинули катер и, пройдя вброд 1,5 мили, вышли на побережье в районе Шлиссельбурга.
Высадка разведчиков прошла незамеченной. Отряд двинулся в сторону Ладожских каналов. Рация, подмоченная при высадке, вышла из строя, оставив моряков без связи. Тем не менее они пробыли в тылу неприятеля около суток, выявив систему обороны побережья губы, которая состояла из 4 артиллерийских, 6 минометных батарей и 25 пулеметных точек. Ночью 24 сентября отряд столкнулся с противником и вступил с ним в бой. Подполковник Фрумкин решил прорываться через линию фронта в расположение 54-й армии. Прорыв был удачно осуществлен в районе населенного пункта Южные Липки при минимальных потерях – двух раненых и четырех убитых.
<z>Очередные попытки</z>
А командование ЛВФ продолжало подготовку к очередному десанту, поскольку попытка высадки в ночь с 23 на 24 сентября закончилась безрезультатно. В предрассветной мгле 7 катеров КМ подошли северо-западнее Бугровского маяка к побережью Шлиссельбургской губы. До берега оставалось несколько миль, когда из-за каменной гряды дальнейшее движение катеров оказалось невозможным. Поиски путей подхода потребовали бы продолжительного времени, поэтому было принято решение о начале высадки. Однако десантников вновь постигла неудача: неправильно надев (резиновые) костюмы, бойцы переворачивались в воде вверх ногами и двигаться дальше не могли. Катера, приняв на борт всех людей, повернули обратно.
<z>Их осталось только трое</z>
Утром 25 сентября командующий ЛВФ контр-адмирал Б. В. Хорошхин, действуя согласно требованию генерала армии Г. К. Жукова, приказал произвести высадку десанта днем, «чуть восточнее Шлиссельбурга, прямо «в лоб» противнику». Подготовка к операции проводилась весьма спешно, распорядительным порядком. В десантный отряд, состоящий из 40 разведчиков-водолазов и 105 курсантов морского погранучилища, был включен караульный взвод штаба флотилии в количестве 44 человек. В отряд высадки вошли транспорт «Чапаев», судно «Сатурн», 9 катеров, два баркаса и несколько шлюпок. Для конвоирования и огневой поддержки десанта были выделены канлодки «Олекма» и «Бира», 5 катеров МО, бронекатер и батареи артиллерийского дивизиона ЛВФ. На случай необходимости усиления огневой поддержки на Осиновецком рейде в готовности находились сторожевой корабль «Конструктор» и канлодка «Нора».
Днем суда подошли в район Посеченского створа и, перестроившись в строй фронта, двинулись к берегу. Часть катеров МО, выйдя на ветер, поставила дымовую завесу.
Противник открыл сильный огонь. Десант на катерах, баркасах и шлюпках достиг прибрежной отмели. «Первыми в воду прыгнули командир отряда политрук Каширин и лейтенант Титаренко. Люди шли по пояс в воде, но шли уверенно и решительно. (…) Лейтенант Титаренко оглянулся на своих товарищей – бойцов и командиров – и вдруг во весь голос запел: «Вставай, проклятьем заклейменный!» – напишут о высадке М. Гордон и Г. Мишуловин, фронтовые корреспонденты «Известий».
Под прикрытием огня кораблей и артиллерийского дивизиона десантники зацепились за берег. В рукопашном бою отдельные огневые точки противника были уничтожены, но продвинуться в глубь побережья моряки не смогли. В небе появилась немецкая авиация. «Мессершмитты» группами по 10 – 12 самолетов начали штурмовку боевых порядков десанта. После воздушных налетов на берегу показались танки. Связь десантников с кораблями огневой поддержки оказалась нарушенной. Корректировочный пост артиллерийского дивизиона, расположенный на башне Осиновецкого маяка, перенес огонь батарей на танки противника, но вскоре весь берег заволокло дымом, и прицельная стрельба стала невозможной. Однако бой на побережье Шлиссельбургской губы продолжался и с наступлением темноты.
Ночью 25 сентября катер МО подобрал в Ладожском озере трех бойцов из состава десанта. Еще 11 человек прорвались через линию фронта в районе Бугры. Остальные десантники – 175 бойцов и командиров – погибли или пропали без вести. Современным историкам удалось установить некоторые фамилии тех, кто выжил в том кровавом десанте, – это главный старшина роты особого назначения Н. С. Кадурин, лейтенант морского погранучилища П. Сафонов, курсанты С. А. Попов, Е. Ерохин, С. Воробьев.
<z>Опять
на Шлиссельбург</z>
Между тем попытки овладеть Шлиссельбургом продолжались.
Утром 26 сентября штаб ЛВФ начал подготовку к новой десантной операции силами 1-й стрелковой дивизии НКВД. Отряд высадки состоял из нескольких катеров. Десант насчитывал 95 человек. Руководство операцией было поручено капитану 1-го ранга М. С. Клевенскому.
Выход десантного отряда в составе двух катеров и баркаса из-за несогласованности действий между армейским и флотским командованием начался на рассвете 27 сентября. При подходе к Шлиссельбургской пристани десант был обнаружен противником и встречен артиллерийско-пулеметным огнем. Оба катера получили попадания снарядов, загорелись и затонули, погибли 17 человек. С наблюдательного поста артиллерийского дивизиона заметили на озере «двигающийся столб пламени». Десантная операция была приостановлена.
Вечером 27 сентября штаб ЛВФ получил новую задачу: высадить стрелковый батальон 1-й дивизии НКВД с артиллерией и минометами в крепость Орешек, где находился советский гарнизон, чтобы в дальнейшем на шлюпках переправить его через 120-метровую невскую протоку непосредственно в Шлиссельбург.
На этот раз средства высадки состояли из двух тральщиков, транспорта «Щорс» и буксира «Норек» (в резерве находились транспорты «Чапаев», «Совет» и судно «Связист»). В крепость предстояло переправить 200 красноармейцев, четыре противотанковые пушки, несколько минометов, шесть тонн боезапасов и отбуксировать пустые шлюпки для последующей переправы с Орехового острова в город.
Погрузка десанта на Ново-Кошкинской пристани была сорвана сильным артиллерийско-минометным огнем противника. Временная пристань севернее Ново-Кошкинской также оказалась в пределах досягаемости немецкой артиллерии. Подойти к ней и принять на борт два орудия, несколько минометов с их расчетами и часть боезапаса удалось только тральщику № 82. Осколками от разрывов снарядов на корабле были ранены два матроса и убит старшина-сигнальщик. Тральщик взял курс на Орешек. «Заходим справа от крепости по течению Невы. На берегу едва можно различить деревья и еще что-то темное. Времени разбираться нет. Берег короток. Не успеешь уцепиться, и пронесет стремниной в Неву. С берега слабым огнем фонаря подсказывают место, где можно подать концы. Командир принимает решение приставить», – позже вспоминал об этом походе бывший механик ТЩ-82 А. Н. Вальков. Незамеченный противником тральщик произвел выгрузку и благополучно вернулся на базу.
В ночь с 28 на 29 сентября на временной пристани удалось погрузить на корабль 130 десантников, оставшуюся материальную часть и боезапас. Поход судов к крепости прошел успешно, но на обратном пути транспорт «Щорс» плотно сел на мель севернее Орешка. Его экипаж перешел на «Чапаев», 13 человек из команды и все, что смогли снять с транспорта, были переправлены на шлюпках в крепость.
На рассвете 29 сентября противник заметил стоящий на мели «Щорс» и открыл по нему ураганный огонь. Транспорт загорелся, а после бомбардировки немецкими самолетами его сорвало с камней, течением понесло мимо крепости к пристани Шлиссельбурга, где он затонул.
1 октября десантная операция из-за изменения оперативной обстановки на фронте была отменена. Предстояла переброска из крепости обратно на правый берег Невы матчасти и красноармейцев. Было принято решение: бойцы переправятся через реку на шлюпках, приготовленных для десанта, а материальную часть перевезут два тральщика.
Ночью 2 октября пехота благополучно переправилась через Неву. Тральщики приняли на борт матчасть 1-й дивизии НКВД и также покинули крепость. На фарватере они попали под артиллерийский обстрел немецких батарей. Впоследствии ветеран Ладожской военной флотилии М. П. Рупышев отметит в своих воспоминаниях: «Близкие разрывы снарядов вынуждали командиров маневрировать, а условий для маневра в узостях, как известно, нет. Наконец показались Посеченские створы. Тральщики вышли из опасной зоны, выполнив задание благодаря мужеству и отваге экипажей кораблей».
На этом десантные операции против Шлиссельбурга осенью 1941 года были завершены.
  • 3 008
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен