Является ли Питер культурной столицей России? Официально вроде бы да. Однако дебильные рекламные щиты на старинных фасадах Невского, перекопанные будто в ожидании вражеских танков улицы и, наконец, знаменитые попсово-пивные фестивали на Дворцовой, после которых у стен Эрмитажа остаются кучи мусора, а в окрестных дворах смачно пахнет свежей мочой, увы, частенько свидетельствуют об обратном.
Неформальное звание столицы российской фантастики – совсем иное дело. Тут права Питера неоспоримы и святы. И даже не потому, что именно здесь создавали свои произведения Алексей Толстой, Вадим Шефнер, Аркадий Стругацкий и другие классики жанра (в конце концов, Москва может предоставить ничуть не менее внушительный список громких имен). Но вот организовать с чистого листа и уже шесть раз провести международный конгресс, на который съезжались бы лучшие фантасты не только постсоветских стран, но и Соединенных Штатов, а также гости из Европы, Японии и еще бог знает откуда, смогли только на невских берегах.
Организаторы Конгресса, окрещенного при рождении «Странником», и оглянуться не успели, как из чистой импровизации все превратилось в почти что официальное торжество с участием ведущих обитателей Смольного и Мариинского. Быстро обзавелся «Странник» и своими традициями и даже фольклором, почему-то чаще всего связанным с похождениями в Питере американских фантастов. Завсегдатаи Конгресса до сих пор с восторгом вспоминают, как Роберт Шекли, проезжая вдоль набережной Невы мимо «Авроры», явно гордясь своими познаниями, радостно воскликнул: «Potiemkin!», а когда ему указали на ошибку, с удивлением спросил: «Так Ленинград и Санкт-Петербург – это одно и то же!?» Или как неизвестный, но крайне патриотически настроенный петербуржец, наблюдая, как дочка Пола Андерсона поглощает купленную отцом «кока-колу», произнес гневную речь о проклятых империалистах, травящих русских детей американской заразой...
На прошлогоднем «Страннике» пальма первенства в этой области досталась ветерану вьетнамской войны Роберту Джордану. Когда на семинаре, посвященном войнам будущего, его сугубо штатский коллега Алан Дин Фостер, увлекшись, стал объяснять российским участникам особенности работы инфракрасного прицела, мистер Джордан мрачно заметил: «Алан, поверь моему опыту, что такое инфракрасный прицел, русские знали уже в 68-м!» Зал тогда взорвался одобрительными овациями, но на нынешнем «Страннике» тот семинар вспоминали с некоторым содроганием. Ведь ровно через год обсужденная тогда со всех мыслимых и немыслимых сторон война будущего, похоже-таки началась, в результате чего ожидаемая американская делегация так и не приехала, и ее пришлось срочно заменять интернет-мостом с классиком британской научной фантастики Артуром Кларком.
Впрочем, кроме отсутствия заокеанских гостей, все остальное прошло исключительно душевно. Было особенно приятно, что, в отличие от большинства писателей иных жанров, фантасты не выясняют, кто в каком году защищал Белый Дом и не делятся на перманентно судящиеся друг с другом тусовки. Организаторы же «Странника» оказались настолько скромны, что даже не злоупотребили своим служебным положением во время раздачи призов. Например, один из отцов-основателей Конгресса Андрей Лазарчук получил его только сейчас, шутливо отметив при вручении, что «должно же, наконец, это было случиться».
Вообще было заметно, что награждают на «Страннике», как правило, авторов действительно популярных, чьи книги, в отличие от толстых томов совписовского начальства, на полках не залеживаются. Поэтому некоторое удивление вызвало лишь награждение актеров Михаила Боярского и Александра Абдулова, но жюри тут же напомнило об участии Боярского в постановке пьесы Пристли «31 июня» и съемках Абдулова в фильме «Обыкновенное чудо» и «Убить дракона». Конечно, к фантастическому жанру все это отнести трудно, но, учитывая общее убожество россий-ской кинофантастики, поневоле приходится награждать тружеников смежных жанров. Тем более что о перспективах отечественного фантастического кино можно судить по идее Алексея Германа взять на главную роль в фильме, поставленном по самой романтической вещи Стругацких «Трудно быть богом», Леонида Ярмольника. Кто-то из питерских журналистов уже окрестил этот со скрипом завершенный шедевр «Дон Румата табака?».