Примитивный меркантилизм Смольного

Может, к 2005 году доходы города резко вырастут?
Ничто не дает оснований так думать, и в первую очередь – инвестиционный климат Петербурга.
Инвестиции связаны с землей. Нет у тебя земельного участка – куда вкладывать деньги? И зачем их вообще вкладывать в Питер?
Что строительство в городе велось в чьих-то интересах – во многом правда. В Питере давно сложились группы влияния, которые поделили этот пирог.
Нам обещали, что после выборов все будет поставлено под контроль, все будут равны перед законом.
Конечно, за месяц тут трудно что-либо изменить. Но ведь и попыток таких нет. Где обещанная команда талантливых топ-менеджеров в Смольном?
Никуда не делся орган, на который возлагали ответственность за плохой инвестиционный климат, – ИТК. Еще недавно депутаты ЗакСа требовали контроля над ним. Конечно, у народных избранников был тут свой интерес… Сейчас они без звука отдают свои полномочия Смольному – правда, получив в качестве отступного право потратить по 40 млн. бюджетных рублей на каждого.
Что думает, видя такое, серьезный инвестор?
Серьезный инвестор в Петербург сейчас не пойдет.
Он знает, насколько у нас сильна власть чиновника. Как слабо она ограничена законом. Насколько высок уровень криминализации.
Он анализирует наши законы. В Питере инвестор может пройти кучу инстанций, потратить деньги, однако на ИТК ничего не получить – так устроено законодательство.
В европейских государствах земельные участки продаются. У нас предоставляют землю в аренду «на инвестиционных условиях». Предлагают купить кота в мешке. А это – простор для коррупции.
Смысл вкладывать деньги есть только туда, где работает прозрачный механизм покупки земли, где закон защищает права собственника.
Именно такую систему нам обещали.
Но к этой цели не сделано ни одного шага.
Бизнес вкладывает средства еще и там, где его поддерживает бюджет. Вот по федеральному законодательству с 1 января 2004-го запрещены льготы по налогу на недвижимость. Так давайте искать способы поддержать инвесторов – они это оценят.
Допустим, нам нужны фармацевтические производства. Некто готов вложить 5–6 млн. долларов, но ему говорят: строить не дадим (хотя участок уже выделен), пока не переложишь вокруг все коммуникации.
А во всем цивилизованном мире государство поступает ровно наоборот – инвестор покупает участок, где коммуникации заранее переложены!
Мы подходим к главному: у Петербурга нет осознанной политики привлечения инвесторов. И нет ни малейших попыток такую политику сформировать.
Дефицит бюджета, о котором я говорила, это автоматическое ухудшение инвестиционного климата. Из любого инвестора будут теперь выжимать все соки, только бы залатать бюджетную дыру.
Петербург движется по пути примитивного меркантилизма.
Скорее всего, дефицит бюджета в ближайшие годы сохранится. Европейские деньги в таких условиях к нам не придут. А кто придет? Москва, но не как равный конкурент, а клиент лоббистских усилий давно знакомых структур и людей.